Михаил Козлов предложил Александру Назарчуку совместными усилиями «снять напряжение», но глава законодателей отложил этот процесс на потом.

Предлагаем вашему вниманию текст интервью исполнявшего последние две недели обязанности губернатора Алтайского края Михаила Козлова, опубликованный газетой «Континент-Сибирь». Хотя многие заявления, озвученные в интервью, уже стали достоянием гласности, ряд высказываний г-на Козлова представляются важными и новыми. Так, впервые он сам признал, что разговоры о о том, что «за Козловым стоят московские фигуры» не имеет под собой оснований. Интерес вызывает и тот впервые озвученный сценарий, которым, по словам Козлова, завершится недавняя инициатива его патрона Михаила Евдокимова по поводу «отставок» руководителей крайадминиcтрации.

Михаил Козлов: «Попытки отыграть проигрыш губернаторских выборов деструктивны».

Нынешний политический сезон в Сибири проходит под знаком противостояния между губернатором Алтая Михаилом Евдокимовым с одной стороны и руководством крайсовета — с другой. Затянувшийся политический кризис уже не просто вышел на федеральный уровень, но и стал предметом внимания президента РФ Владимира Путина и даже иностранных СМИ. Свое представление об истоках этого конфликта и его основных участниках новый вице-губернатор региона МИХАИЛ КОЗЛОВ, возглавивший работу по реформированию системы исполнительной власти края, изложил корреспонденту «КС» ВЯЧЕСЛАВУ САЛАНИНУ.

— Михаил Сергеевич, вы пришли в руководство краевой администрации в разгар политического кризиса. Как вы оцениваете сложившуюся на Алтае ситуацию?

— Прежде всего я не соглашусь с вашим утверждением о наличии в крае какого-то кризиса. Политического кризиса ни в его классическом, ни в бытовом понимании на Алтае нет. Посмотрите в окно, зайдите в магазин, пройдитесь по коридорам власти — никаких признаков кризиса вы там не увидите. Более того, в крае нет и какого-либо экономического кризиса. Регион живет полноценной экономической и культурной жизнью.

Зато есть попытки раскачать ситуацию. Известно, что обращение с призывом отправить губернатора Евдокимова в отставку подписали руководители 21 политической партии и общественной организации. Но разве проводились съезды этих партий? Как может лидер партии делать такие подписи, если он даже не собирал пленум — минимально коллегиальный орган, который наделял бы его правом подписывать столь серьезный документ? Почему кто-то берет на себя ответственность выступать от имени всей партии по таким важным вопросам? А в каком нормальном обществе можно себе представить ситуацию, когда глава муниципального образования вдруг выступает с публичным заявлением о необходимости снять губернатора? Вот в результате таких действий, направленных на то, чтобы любыми путями убрать неугодного губернатора, и появляется ощущение кризиса.

— Спикер крайсовета Александр Назарчук не раз заявлял о том, что будет настойчиво и последовательно добиваться отставки губернатора Евдокимова. Как вы оцениваете роль председателя крайсовета в этом конфликте?

— Александр Григорьевич — ключевая фигура, которая стоит за созданием этого искусственного ощущения кризиса. Ни для кого не секрет, что за этой ситуацией просматриваются интересы и бывшего губернатора.

Что движет этими людьми? Цели этой связки вполне понятны и прозрачны — вернуть власть в крае. Два-три года назад в регионах России начался процесс смены элит. В прошлом году дошла очередь и до Алтая, когда к власти пришел Михаил Евдокимов — яркая и успешная личность. Однако процесс смены элит никогда не проходит бесследно и зачастую сопровождается некими потрясениями. Масштабы этих потрясений могут быть самыми разными. На Алтае — как раз тот самый случай, когда прежняя элита не хочет видеть у власти новых руководителей. Не может достойно принять прошлогоднее поражение на губернаторских выборах. И, конечно, никто просто так не хочет расставаться с насиженными местами. За этой проблемой скрываются более серьезные интересы, чем просто исполнение представительских функций — стоять на трибуне, сидеть в президиуме, произносить пламенные речи. И все истоки процесса, происходящего сегодня на Алтае, кроются именно в этом. Но те, кто привыкли видеть себя вершителями судеб на Алтае, кажется, до сих пор не поняли, что их время ушло.

Есть и еще один важный аспект нынешнего противостояния ветвей власти. Переход к назначению глав исполнительной власти регионов выявил неожиданный пробел в федеральном законодательстве — роль и статус в этой процедуре представительных органов. В итоге, например, на Алтае законодатели поняли свои полномочия в этой сфере, так сказать, расширительно. Мол, они теперь вправе назначать и снимать губернатора. Думаю, вскоре должны последовать необходимые коррективы, и будет установлен правовой баланс во взаимоотношениях ветвей власти на уровне региона. Более того, уверен, что пройдет совсем немного времени — месяц, может, три месяца, — и ситуация стабилизируется. Все встанет на свои места. Те, кто пытается отыграть проигрыш в апреле прошлого года, поймут, что их усилия напрасны. И что единственный выход — нормальное, разумное, продуктивное сотрудничество между администрацией и крайсоветом.

— А что, собственно, должно измениться в ближайшие месяцы, чтобы появились условия для достижения этого компромисса?

— Прежде всего должна прибавить в работе сама краевая администрация. Две подряд выставленные нам крайсоветом «двойки» — это все-таки оценки, над которыми стоит задуматься всей администрации края. И то, что глава края предложил всем руководителям администрации края написать заявления о сложении полномочий, говорит о стремлении предпринять определенные меры. Следует признать, что сбои в работе краевой администрации есть. Но это и не удивительно, в течение одного года практически невозможно выстроить идеальную работу, тем более что проблем в крае очень много.

Одни достались «по наследству», другие вызваны недостатками в работе пришедшей с Евдокимовым команды. Сегодня мы корректируем цели и задачи работы администрации края, усиливаем профессиональный состав. Нам предстоит усовершенствовать управленческий процесс. И, естественно, необходимо какое-то время, чтобы этот процесс приобрел законченную форму и стал приносить результаты.

Но важно другое — для достижения компромисса нужно желание всех заинтересованных сторон. Все наши действия в настоящее время направлены на то, чтобы наладить продуктивную работу двух ветвей власти в крае.

— Однако после того как в мае губернатор предложил всем своим заместителям написать заявление об увольнении по собственному желанию, вновь возник резонный вопрос о степени управляемости краем.

— Администрация никуда не ушла — мы как работали, так и работаем. Просто у главы администрации края появилась возможность оценить работу каждого руководителя на вверенном ему участке и принять взвешенное решение. Сейчас все эти заявления лежат на столе у губернатора и, согласно Трудовому кодексу, они действуют две недели. Одна неделя уже прошла, а еще через неделю они утратят свою силу. Автоматически будет считаться, что полномочия авторов заявлений подтверждены. И поверьте, этого опять в крае никто не заметит, кроме отдельных журналистов и политических фигур.

— А вы написали такое заявление?

— Лично я написал заявление через пять минут после того, как губернатор Евдокимов предложил это сделать всем назначенным им должностным лицам.

— Но ведь вы не проработали в администрации и месяца. Вы-то какую ответственность можете нести за ее работу?

— Тем не менее я — один из заместителей. Может быть, с несколько иным набором полномочий. И хотя я отработал в администрации на тот момент действительно всего несколько дней, в равной степени несу ответственность за то, что администрация делала ранее, и тем более за то, что она делает сейчас.

— Между тем председатель крайсовета уже назвал предложение губернатора своим заместителям написать заявления незаконным и противоречащим Уставу края.

— Видимо, у Александра Григорьевича свое толкование Устава края. Я бы с удовольствием выслушал его аргументы и ознакомился с ними более подробно. Но если бы краевая администрация хоть в чем-нибудь нарушила краевой или федеральный закон, то уже имела бы дело с краевой прокуратурой. Но мы вполне отчетливо себе представляем, что находимся в поле ее зрения. К тому же все разговоры о давлении, которое якобы оказывалось на заместителей, чтобы они написали заявление об увольнении, — политическая демагогия в чистом виде. 14 мая я встречался с прокурором края Александром Кочергиным, где обсуждался в том числе и этот вопрос. У него мнение относительно этой ситуации примерно такое же. У прокуратуры нет ни одного факта, который бы стал поводом для рассмотрения дела о нарушении законодательства. И нет ни одного заявления в прокуратуру от какого-либо должностного лица о том, что на него оказывалось давление с целью его ухода в отставку. Пока есть только скоропалительные и ничем не подкрепленные обвинения различных политических сил.

— Действительно, в своей критике председатель крайсовета не одинок. Реакция со стороны полпредства президента в СФО в лице помощника полпреда Александра Сурикова на последнее кадровое решение Евдокимова тоже была крайне негативной.

— Ситуацию с полпредством надо разделить на две части. Следует отделить позицию и действия полномочного представителя президента Анатолия Квашнина от позиции его помощника Александра Сурикова. Я убежден, что в свое время назначение последнего на должность помощника полпреда оказалось не вполне удачным решением. Желание «спасти лицо» многолетнего регионального «тяжеловеса» обернулось возникновением конфликта интересов, необъективной и предвзятой оценкой положения дел в крае, распространяемой от имени полномочного представителя президента. Когда Александр Александрович заявляет о незаконности и фактах принуждения лиц к написанию заявлений об увольнении, я понимаю, что он не просто распространяет эту непроверенную информацию, но еще и доводит ее до сведения полпреда. И может быть, эта информация идет еще дальше. И это проблема. Потому что у нас нет уверенности в том, что деятельность администрации края, общественно-политическая и социальноэкономическая ситуация на Алтае в таком случае оцениваются адекватным образом.

— Михаил Сергеевич, какие у вас функциональные обязанности?

— Я курирую вопросы краевого имущества и бюджета края. Однако главная задача, которая возложена на меня губернатором, — проведение реформы исполнительной власти края. Это работа не одного дня. Нам предстоит решить три блока вопросов. Первый — реформировать аппарат краевой администрации и более четко структурировать полномочия между заместителями губернатора. Второй — реформировать систему исполнительной власти. Это более сложная и долгосрочная задача, которая требует не просто смены вывески, а изменения функций подразделений администрации края. Наконец, третий блок — увязать результаты этой работы с федеральным законодательством, в котором по-новому рассматривается распределение полномочий между федеральным центром и субъектами Российской Федерации, а также с наработками полпредства президента в СФО. Нам нужна понятная, дееспособная и эффективная система исполнительной власти края.

— Весной этого года губернатор Алтая выступил с инициативой создания правительства края. Эта задача для администрации еще стоит в повестке дня?

— Сама по себе идея правительства правильная. Она витает в воздухе, она напрашивается. Именно такая структура позволяет разграничить полномочия между собственно администрацией и главой администрации. Но в рамках Устава края в его нынешнем виде реализация идеи правительства невозможна. Для этого нужны глубокие и обширные поправки в краевое законодательство, начиная с самого Устава и заканчивая целым пакетом соответствующих краевых законов. Ни краевая администрация, и уверен, ни крайсовет сегодня к этой работе пока не готовы. Эта работа может быть не одного года — пока не оформится конструкция идеи правительства и не появится более ясное понимание того, как такое решение вписывается в новый порядок назначения глав исполнительной власти субъектов Федерации.

— В последнее время главу краевой администрации активно критикуют по поводу значительно увеличившегося количества вице-губернаторов — до 12 человек. Насколько, на ваш взгляд, обоснованы эти претензии?

— Для понимания ситуации в крае арифметика в данном случае не имеет никакого принципиального значения. Какая разница, сколько будет заместителей — 9 или 11? Главное — необходимо четко разделить полномочия между ними и предусмотреть меры ответственности за результаты работы на порученном участке, в целом повысить ответственность и профессионализм исполнителей. Эти задачи поставил передо мной губернатор, и у меня нет никакого сомнения в реальности исполнения его поручения.

Также сразу скажу, что обвальной смены заместителей губернатора и руководителей подразделений администрации ожидать не стоит. Будет разумная корректировка кадровой политики, и тем людям, которые в последний год не блистали на своем участке результатами деятельности, будет предложено подыскать посильную работу. Но при этом ни один человек не будет обижен, выставлен на улицу. С каждым будет проведена та работа, которая позволит человеку занять должное место либо в органах управления, либо в хозяйствующих субъектах.

— Учитывая тот факт, что крайсовет отказался участвовать в разработке новой структуры исполнительной власти региона, внесете ли вы какие-то коррективы в свои планы?

— Следует отметить, что сотрудничать с администрацией отказался не краевой Совет. Это сделал только спикер Назарчук. Тогда как целая группа депутатов с нами работает. Это депутаты, которые понимают меру ответственности крайсовета за принимаемые управленческие решения, за ту управленческую конструкцию, которая возникнет в администрации края. Они занимают такую позицию еще и потому, что связаны с бизнесом. То есть это люди дела, которые знают, что в той работе, которую сейчас начала администрация, надо участвовать. Потому что в этой ситуации их интересы напрямую могут быть либо ущемлены, либо поддержаны. Изучите список краевых депутатов и вы легко увидите те фигуры, которые напрямую заинтересованы в том, чтобы высказать свое мнение, чтобы быть услышанными. И то, что Назарчук отказался сотрудничать с администрацией Евдокимова, — это ошибка спикера. Может быть, и чисто человеческая, и политическая. Поскольку тем самым он устранился от процесса нормализации отношений. И со временем он, надеюсь, поймет глубину этой ошибки.

— Так что, мосты сожжены?

— Нет, я так не думаю. Например, сегодня мы вместе с председателем крайсовета участвовали в открытии в Барнауле выставки Синьцзян-Уйгурского автономного района, вместе сидели в президиуме. Я ему предложил: «Александр Григорьевич, давайте снимать напряжение». Он отвечает: «Нет никакого напряжения». - «Ну давайте снимать то, что есть». — «Хорошо, — сказал он, — поговорим не здесь». Я все же надеюсь, что мостики для взаимопонимания с председателем крайсовета мы установим. Потому что Александр Григорьевич — здравомыслящий человек с огромным опытом работы и на федеральном, и на региональном уровнях. И он тоже понимает, насколько могут быть разрушительны процессы противостояния законодательной и исполнительной ветвей власти.

— Будет ли все-таки краевая администрация, согласно заявлению губернатора на последней сессии крайсовета, обращаться в администрацию президента с просьбой провести проверки КРУ и Счетной палатой РФ предприятий и организаций региона? И почему такая инициатива появилась только сейчас, а, скажем, не сразу после губернаторских выборов?

— Главное контрольное управление администрации президента и Счетная палата РФ работают по годовым планам. Для того чтобы быть включенным в этот план, нужны очень веские основания в виде серьезных материалов для работы. Сама система контрольно-ревизионных органов довольно инерционна. С одной стороны, это позволяет избежать конъюнктурщины, с другой — детально и вдумчиво проработать вопросы. Тем не менее свои предложения мы сейчас формируем и весьма серьезно настроены на проведение этой проверки. Может быть, подключим также и краевую Счетную палату, экспертов, лиц, которые пользуются безоговорочным авторитетом. В любом случае надеюсь, что эти проверки будут проведены уже в 2005 году. И подчеркну, что наша инициатива — это не вендетта. Речь идет всего лишь о естественном желании все поставить на свои места. Слишком много вменялось в вину губернатору Евдокимову прегрешений, которых на самом деле нет. Может быть, за этими антигубернаторскими акциями стоят иные нарушения, и мы имеем дело с попыткой переложить ответственность с одних плеч на другие? Подобные вопросы надо снять.

— До последнего времени ситуация на Алтае выглядела так, что новое руководство краевой администрации, губернатор так и не смогли найти в регионе какую-либо силу, политическую партию, на которую они могли бы опереться. Коммунисты, «аграрии», «единороссы», демократы — все в оппозиции исполнительной власти. Кто, на ваш взгляд, может выступить в качестве опоры для команды Евдокимова?

— Во-первых, Михаил Евдокимов как фигура самодостаточная выиграл выборы преимущественно за счет собственных ресурсов. Это и предопределило некоторую отстраненность его команды от основных политических игроков на региональной сцене.

Во-вторых, нельзя говорить о том, что все политические игроки занимают единую позицию по отношению к Евдокимову. Сейчас нами налаживается взаимодействие с теми силами в крае, которые понимают важность консолидации в обществе. Например, много коммунистов, у которых есть проблемы и которые готовы с нами сотрудничать. Они говорят: «Помогите нам, и мы оценим ваши усилия». Напротив, руководители алтайских «единороссов» проводят неконструктивную политику, сопровождающуюся громкими, неаргументированными заявлениями. Что ж, будем встречаться, разговаривать, находить взаимопонимание. Для сотрудничества, взаимодействия, консультаций мы всегда открыты — приходите, предлагайте, поправляйте нас. Мы готовы выслушать всех.

— Но журналистское сообщество региона уже давно предъявляет претензии к краевой администрации по поводу ее закрытости.

— Со сменой власти журналистов перестали допускать на заседания совета краевой администрации — и это только один из примеров того, как краевая администрация выстраивает отношения со СМИ.

— А в чем это выражается?

— В соответствии с нашей новой моделью управления заседания совета администрации теперь будут проводиться еженедельно. Более того, все материалы с опережением будет получать краевая прокуратура, чтобы она могла ознакомиться с содержанием предполагаемых решений и высказывать свое мнение с правом совещательного голоса. Заседания совета администрации, которые не будут являться закрытыми и на которых не будут обсуждаться вопросы, связанные с государственной тайной, мы сделаем для прессы открытыми. Конечно, допускаться на эти заседания будут только аккредитованные журналисты, которым предоставят пакет соответствующих документов.

— Михаил Сергеевич, у региональной элиты сегодня наблюдается закономерный интерес к вашей персоне. Ваше назначение согласовывалось с полпредством президента, администрацией президента?

— А какое, собственно, это имеет значение?

— Есть желание понять, креатура ли вы федерального центра? Кто вас пригласил работать на Алтай?

— Предложение перейти на работу в краевую администрацию мне сделал лично губернатор Евдокимов, когда я находился на Алтае по делам Счетной палаты. И после разговора с ним я понял, что не имею права отказаться. И дал свое согласие не как чья-то «креатура», а как человек, глубоко и искренне уважающий Михаила Сергеевича. А причины выбора моей персоны губернатор лучше всего может объяснить сам.

— А как давно вы знакомы с Евдокимовым?

— С Михаилом Сергеевичем мы впервые встретились примерно в 2001 году. И в силу уже того, что у нас с ним одинаковые имя и отчество, он сразу вызвал у меня неподдельный интерес. Так начались наши встречи, общение. Я знал, чем он занимается, он — чем занимаюсь я. Мне было известно о его намерениях баллотироваться в губернаторы, но в его избирательной кампании я не участвовал.

— Ваше мнение: губернатор Евдокимов имеет поддержку в федеральном центре?

— Однозначно. Человек федерального масштаба, каким Михаил Сергеевич был до апреля прошлого года, и, как сегодня, региональный лидер — он не может не пользоваться федеральной поддержкой. Не может не иметь тех людей, которые поддерживали его и поддерживают в эту минуту. Иное просто исключено.

— Как ситуация в Алтайском крае выглядит из Москвы, где вы до недавнего времени работали?

— Я, кстати, себя не считаю москвичом. В столице я жил всего четыре последних года. До этого я долго прожил в Туве и Хакасии и имею все основания считать себя сибиряком. Поэтому, приехав в Алтайский край, попал в родную для себя среду. Особой какой-то адаптации не потребовалось. Находясь же на работе в Москве, честно говоря, и не присматривался к ситуации в Алтайском крае.

— Какие наиболее громкие проверки в вашем активе во время работы в Счетной палате РФ?

— Из последних, которые проводились под моим непосредственным началом, выделил бы две. Например, когда мы выявляли масштабы браконьерства в Охотском море, я три недели прожил в Японии. Объехал все порты, и отчет был составлен при моем непосредственном участии. Можно упомянуть и проверку эффективности использования государственных средств, направленных на реализацию природоохранных мероприятий в рамках выполнения Конвенции по защите морской среды района Балтийского моря. Проверка проходила в формате международного экологического аудита в Калининградской, Ленинградской областях и Санкт-Петербурге в соответствии с решением Рабочей группы по охране окружающей среды Европейской организации высших органов финансового контроля (ЕВРОСАИ). Результаты нашего отчета вызвали потом положительный резонанс.

— Приходилось ли, учитывая специфику работы, сталкиваться с опасными ситуациями?

— Во время проведения проверки в Японии за нами неотступно следовала группа местных мафиози. Когда я работал в Госкомсевере РФ в 1999 году, в Кызыле был убит первый заместитель мэра города. А мэр, с которым мы были знакомы, позвонил и пригласил поработать. То есть я стал заниматься теми вопросами, из-за которых ушел из жизни мой предшественник. По-человечески, конечно, было не совсем уютно. Но если у тебя чистые руки, если не ввязываешься ни в какие криминальные дела, то бояться нечего. Вообще, считаю, что в органах власти должны работать только люди с чистыми руками и, желательно, со светлой головой. Если же профессиональных навыков у чиновника мало, то ему и поручать следует менее сложные задачи.

— Какие проблемы в крае надо решать в первую очередь?

— Это, конечно, оперативные вопросы, связанные с завершением посевной, подготовкой к уборке урожая. Надо активнее вести подготовку к новому отопительному сезону. Подготовить детские лагеря к приему детей. То есть все вопросы хозяйственного и социального характера. Привести в соответствие требованиям времени структуру исполнительных органов государственной власти. И, конечно, решать вопросы на перспективу. Эти задачи поставлены перед всеми регионами федеральным центром, например, проведение реформы местного самоуправления. В завершение можно озвучить девиз: «Меньше политики — больше пользы».