Остаться в живых… или отчет первокурсника-биолога о летней практике.

В редакцию агентства пришло письмо от студентки биологического факультета госуниверситета Юлии Коропатовой, в которой она описывает свою первую летнюю практику. Предлагаем вам ознакомиться с этим любопытным отчетом. P.S. Стилистика автора, по большей части, сохранена.

Начало пути

Наш выезд состоялся 25 июня из Ботанического сада АГУ. Это место находится за поселком Южный, остановка Лесная. Добираться туда надо около часа, и потом еще — с полными и далеко не легкими сумками — приблизительно 1,5 км пешком. Вот мы и тащили эти сумки, пытаясь успеть к 8.00. Если опоздаешь, все уедут на практику — ждать опоздавших никто не собирается. Наконец, добрались. И не опоздали.

Там нас ждали наши преподаватели. Народу было уже предостаточно, так как с нами, первым курсом, ехали еще второй, третий, четвертый и пятый курсы. Многих провожали родители. Как ни странно, большинство родителей провожало студентов-второкурсников.

Нас утрамбовали в машины ГАЗ-66. Люди сидели не на местах, а так, в проходе на сумках. Некоторые в кузове. В общем, не до удобств: лишь бы поместиться. Вот и начался наш маршрут. Дорога составляла 12 часов. Место нашего назначения: Краснощековский район, Тигирекский хребет, левый берег реки Тигирек, вниз по течению.

За дорогу все очень-очень устали. Еще пошел дождь, дорогу размыло и потому машину немного вело в разные стороны. Вот началась самая страшная дорога — серпантин, и, когда наш ГАЗ-66 перебрасывало из стороны в сторону и наклоняло в сторону пропасти, сердце уходило в пятки. Как нам говорили, нас вывозят на общение с природой. После такого путешествия уже начало казаться, что с природой наобщались.

На месте

Приехали уже под вечер и организовали лагерь, выбрали палатки, и, так как сил больше не было, после ужина все легли спать. Подъем начался в 7.00 — будили нас дежурные. Пока все умылись, уже 8.00 — завтрак. Давали на завтрак молочную кашу. После отдыха мы разглядели наш лагерь. Он был разделен на две части. Первая часть — преподавательская. А на другой стороне — наш лагерь. Нам сразу заявил наш преподаватель Сергей Владимирович, что ходить на территорию преподавателей нельзя. Нам это объяснили таким образом: «Преподавателям тоже хочется вылезти из палатки, зевнуть, потянуться. И не видеть ваш заискивающий взгляд». Если нужен преподаватель, со своей стороны лагеря кричите, и тогда, если преподаватель сочтет нужным, он к вам выйдет.

Дедовщина

Нас, первый курс, сразу предупредили, что в лагере действует дедовщина. И если ты что-то против скажешь старшим, тебя накажут. Наказания самые разнообразные: копать яму помойную 1 м в длину и 1 м в ширину. Таскать дрова или дежурить на кухне вне очереди. Мыть ГАЗ-66 вместе с днищем. В общем, мало приятного.

Дедовщина проявлялась во всем. Взять даже нашу так называемую столовую. Где сидели старшие курсы (третий, четвертый, пятый), тент был новый и стол широкий, ровный. Где сидел второй курс, стол был ровным, тент не новый, но целый. А где сидели мы, первый курс, тент был старый, с очень большими дырками, через которые было видно все небо. Стол был кривой, и все время падал на одну сторону. Места всем за столом не хватало, так что всегда находились люди, которые ели стоя.

Нам сообщили, что к третьему, четвертому, пятому курсам надо обращаться по имени-отчеству. Нас сразу старшие курсы стали именовать «перваками», стали каждому давать клички: Спичка, Мурзик, Кончита и т.д. Так как первый курс тоже люди, и мы не привыкли к такому обращению, сразу появились трения со старшими курсами.

Еще к слову о нравах в лагере

Был такой в лагере закон, что после 23.00 фонарик в палатке не должен гореть. А уж про шепот вообще молчу. Палатку ослушников закидывали камнями. И вот, как-то после отбоя нас пригласили наши девчонки к себе в палатку. Мы шутили и тихо хихикали, периодически включая фонарики. Белкин и другие пацаны третьего курса начали кидать камни. Просто стояли и обкидывали палатку камнями. Одной девчонке залепили прямо в голову. А что, такие правила в лагере, и их надо выполнять. Дисциплина просто армейская. А «перваки» не могли никому жаловаться. Нас в шутку старшие курсы духами, как в армии, называли. Да, первый курс самый сложный и даже не в плане учебы.

Первый наш маршрут.

Сергей Владимирович нас предупредил, чтобы мы обували спортивную обувь. Идем в маршрут по горам. Мы, наивные, еще не знали, что такое маршрут в горы. Обули кроссовки, взяли свои инструменты — стамески (это для сбора растений). Нам сказали, что надо собрать букет из пятидесяти латинских наименований. Ну, надо, так надо.

Вот мы двинулись в маршрут. Вначале лезли, держась за камни, стараясь не цепляться за колючие кустарники. Но потом камни стали осыпаться. И приходилось хвататься за колючки, не обращая внимания на занозы. Лишь бы удержаться и не сорваться вниз. Было очень страшно — высота нешуточная; тем более, лезли без страховки. Всем уже было все равно на растения, лишь бы выдержать и вернуться живым в лагерь.

Видя это дело, Сергей Владимирович решил привлечь наше внимание к какому-то курильскому чаю, к лишайникам и другим травкам на отвесном склоне, он сказал: «Все подходите сюда и сморите». Мы, все уже никакие от усталости и от жажды, подошли и зацепились за колючки. Смотрим, а там какое-то замученное маленькое растение, которое надо было всем понюхать и попробовать на вкус. Вот было абсолютно параллельно уже на растительность и на красоту пейзажей.

Ладно, наконец, мы залезли на эту гору. Повыдирали несколько растений для букета, и надо было спускаться с горы. Но так как трава от росы была влажная, а гора достаточно крутая, мы скользили по ней, кто как. Некоторые, поскользнувшись, падали, и на своем мягком месте катились вниз через колючие кустарники около 10 м.

Но это был не конец маршрута. Нам предстояло идти через маленькую узкую речку. Там, конечно, были камушки. Только они были очень скользкие. Сергей Владимирович перешел и ждал нас на том берегу, протянув нам свою палку, которая специальная для лазанья по горам. Но эта палка мало кому помогала. Лично я упала в речку. Для меня это был шок, так как я в первый раз оказалась в воде в одежде и в обуви. Ладно, прошла так по речке.

За речкой находилась пасека. Нас предупредили, чтобы мы руками не махали, так как пчелы могут ужалить. Честно, мы руками не махали. Но это, наверное, были неправильные пчелы. Потому что они полетели на нас, как на мед и, конечно, покусали, лично меня укусило четыре пчелы.

Ладно, мокрые и покусанные, мы продолжили наш путь — в пещеру. Только, чтобы добраться до пещеры, надо еще залезть на одну гору. Сил уже вообще нет. И только одно желание выжить двигало нами. Ползя почти на коленках и цепляясь все за те же колючие кусты, мы добрались до пещеры. Честно, если бы я не увидела эту пещеру, ничего бы не потеряла. Обыкновенная пещера, в которой капала вода. Потом мы спустились, опять таким же образом, кто как, и пошли в лагерь. Первый наш маршрут составил 8 км.

Как в нас воспитывали дух коллективизма

Придя в лагерь и радуясь, что мы нигде не сорвались и остались живыми, сели за свой стол под дырявым тентом. Выложили каждый свой букет и начали считать. Ни у кого пятидесяти растений различных не получилось. И тут все сели с проблемой на лице думать, где брать цветы. Тут пришел Сергей Владимирович и сказал, что пятьдесят латинских наименований надо на группу. И что мы индивидуалисты и эгоисты, начали собирать букет каждый сам себе. И в коллективе мы жить не умеем, потому что у нас не развит дух коллективизма. Конечно, мы сделали один общий букет. Просто нам с самого начала нормально не объяснили. Нам подписали наши растения, оставалось только выучить его и сдать.

Как природа помогала нам запоминать латынь

Тут нам предложили помыться в речке. Освежиться таким образом. Горные реки, конечно, холодные, и течение там абсолютно не слабое. Но нас это не испугало. Надев купальники и взяв полотенца, мы пошли к речке. У меня был обычный оранжевый купальник и, соответственно, оранжевые сланцы.

На речку прихватили с собой еще и латинские названия растений. Первое растение, которое мы выучили, был «Шлемник низкий». Для того, чтобы было проще учить, мы придумывали ассоциации. Силы нашлись на шутки «Шлемник», «Ушлепок» и т.д. Наконец, подошли к воде. Моя подруга смело залезла в реку и начала мыться, а я все еще стояла и решалась зайти в воду. Так как дно у речки было каменистое, поэтому надо было заходить в речку обутым, иначе такое ощущение, что ты ищешь по давленному стеклу. Я объявила Насте, что не хочу заходить в речку, так как она очень холодная. Она сказала: «Как хочешь, только брось мне шампунь».

Я, конечно, взяла шампунь и подошла к краю берега. Размахнулась бросить шампунь и тут поскользнулась и упала в эту речку по самую шею. Шлепки мои повсплывали, и их быстро понесло вниз по течению. Один шлепок я все-таки поймала, а вот другой уплыл. Мне пришлось только помахать ему вслед. Так я и осталась с одним шлепком. Мы вышли из речки и начали смеяться, что «Ушлепок Ауреум» уплыл. Все наши спрашивали, почему «Ушлепок Ауреум». Я им объясняла, уплыл — значит, плохой, не шлепок, а ушлепок. Оранжевый — ауреум, пусть, даже золото — желтое, зато смешно. Надо было в таких условиях находить позитив.

Сон в горах

После ужина нас ждала учеба сложной и плохо запоминающейся латыни. Вот скоро отбой и надо ложиться спать. Залезли в палатку, легли. Непривычно как-то без подушки на земле. Наши мальчики говорили, что, когда они палатки устанавливали, ровняли землю, чтобы было без кочек. Не знаю, может, под своей палаткой и ровняли, но под нашей точно никто не ровнял. Спали в буквальном смысле на кочках.

Так как в горах ночью очень холодно, я позаботилась об этом — из дома привезла зимний спальник двуспальный. Одевались мы: две пары теплых вязаных носков, под ними — еще простые носки, двое штанов, две кофты, внизу еще футболка, куртка и шапка. Залезали в зимний спальник, укрывались еще одним спальником сверху, и всю ночь лежали, мерзли. Но, правда, все равно спали, потому что за такой маршрут сил совсем не осталось.

И снова учеба…

На утро нам предстояло встать в 5.00, потому что надо было сдавать латинские названия букета с 6−7.00. Еле-еле открыв глаза, сонные, мы поплелись к речке умываться. После такой холодной водички, температура которой в максимальную жару составляет 4 градуса по Цельсию, сразу удивительным образом просыпаешься. А когда ты в этой водичке почистишь зубы, вообще долго спать не потянет.

Вот вынесли букет, и давай его учить. Вскоре всем стало понятно, что за один час его не выучить, а если его не сдать утром, тебя ждет наказание (опять типа собирать и таскать дрова). Студенту-первокурснику приходится придумывать всякие разные извороты. Так и мы придумали. Стали рисовать на листочке всякие разные ребусы, например, название «Трифолия Протезис». Мы рисуем цифру три, «фолия» — по латыни «лист» — рисует рядом с тройкой лист и потом протез в виде зубов. И таким образом сдавали латынь. Ну ничего, пронесло нас от таскания дров, сдали!!! Затем, после завтрака тяжелый и нудный день учебы…

Как я «халявила»

Однажды утром, когда мы проснулись, нас сразу предупредили, что нас ждет самый сложный ршрут. Маршрут на гору Львиный Камень, высота которой составляла 2400 м. Я с ужасом вспомнила, как карабкалась на гору в 1200 м. А уж про 2400 и думать не хотелось. Спросила у подружки Насти, хочет ли она лезть в эту гору. Она сразу без раздумий ответила «нет». И тогда у меня созрел план: надо просто попроситься не идти в маршрут. Мы с ней подошли к Сергею Владимировичу и говорим: мол, залезть туда никак не сможем. Мы сорвемся, упадем, а ему потом за нас отвечать.

Он долго стоял, думал, а потом сказал: «Все с вами понятно, вы халявщицы. И перед трудностями пасуете». Правда, все равно разрешил остаться в лагере. Оставив нам кучу всего на учебу: «Мы придем когда с маршрута, и я все у вас проверю. Если хоть одно задание будет не готово, вы будете наказаны». Честно, мы целый день учили. Наши пришли все опухшие, покусанные, уставшие. А нас целый вечер проверяли. Слава богу, мы все выучили и сдали.

Большой-большой Тигирек

… Очередное утро началось, как обычно, с криков дежурных над головой о том, что подъем, и с их стука большой поварешкой по пустому оцинкованному ведру. Очень приятное и, главное, бодрящее пробуждение. После такого подъема настроение просто запрограммировано на позитив. Так, наверное, считали наши преподаватели, которые дали распоряжение, чтобы нас будили подобным образом.

Пошли к речке и увидели, что речка разлилась. Нам сказали, чтобы мы все собрали свои вещи и были готовы к переезду подальше от реки. Если река поднимется еще на 5 см, то мы точно переезжаем. Так как до преподавательской палатки осталось 15 см, мы все надеялись, что нашего Сергея Владимировича все-таки смоет водой. Мы устали от такого слишком близкого общения с природой и готовы были идти пешком до Барнаула. Единственным нашим препятствием был Сергей Владимирович. Поэтому мы надеялись, что его смоет и мы будем свободными. Но речка так и не поднялась дальше и ничего не смыла. Наш лагерь остался на своем прежнем месте.

Змеи

…Через несколько дней вода стала падать. И большой Тигирек стал не такой уж и большой. Но, как правило, беда не приходит одна. Стали сползаться змеи. Вначале на территории лагеря появились гадюки. Первым гадюку поймал Сергей Владимирович. Он нам ее принес и показал (и ее ядовитый зуб показал). Сказал, что она ядовита, так что лучше этих змей не трогать. И еще предупредил, кто будет ловить змей — сразу отправляет домой с отчислением. Да разве они нам нужны, чтобы мы их ловили. Мы жить тоже хотим.

Затем гадюк начали находить там, где моют посуду, и даже там, где купаются. На это нам просто и спокойно говорили: «Когда моетесь, смотрите на дно, чтобы змеи там не ползали. А то у нас вакцины нет. Никто вам не поможет». Ну, успокаивать Сергей Владимирович таким образом всегда умел. За водорослями мы заходили в речку в кроссовках, в штанах, в футболках по самую шею. Шугаясь каждую палку, принимая ее за змею.

…Как-то раз к нам в палатку заползла гремучая змея. Ни о чем не подозревая, мы приготовились к отбою, стали ложиться в спальник и тут услышали, что где-то гремит. Тут до нас дошло, что в спальнике — гремучая змея. С воплями мы вылетели из палатки. Нас, конечно, никто не понял. «Просто вытряхните ее из спальника», — вот что нам было сказано. Мы сами эго гиблое дело делать не решились, а попросили пацанов. Они эту змею вытряхнули и отрезали ей голову. После этого случая я не залезала в спальник, пока тщательным образом не осматривала палатку.

…Вот наша практика стала подходить к концу. Мы были безумно рады, что, наконец, едем домой. В последнюю ночь и Сергею Владимировичу в палатку залезла гадюка. Утром завхозы подшучивали надо мной и Настей: «Это не вы в палатку Сергея Владимировича змею подкинули?» Конечно, не мы. Ну, они все равно, старшаки, над нами стегали.

Последний наш маршрут.

Ехали домой в кузове ГАЗ-66. Меня ни разу в жизни не укачивало, но я сидела в этом кузове почти зеленая. Пыль, грязь, кочки. Это был ужас, и казалось, что домой ты никогда не приедешь. Но вот он, долгожданный Ботанический сад. Сумки в руки и 1,5 км пешком до остановки. Откуда брались силы, никто не знает. Только до сих пор гордость распирает. Я смогла выжить в таких условиях!!!