Валерий Золотухин: вновь о гибели Михаила Евдокимова.

«Когда погиб друг и земляк Золотухина Михаил Евдокимов, он сказал: «Народ правды не знает!», — пишут «Аргументы и факты», взявшие интервью у известного актера. Предлагаем вам ознакомиться с ответами Золотухина на вопросы, касающиеся гибели Михаила Евдокимова (полный текст интервью можно прочитать здесь — Ред).

«Мерс» и вечность

— А ПОЧЕМУ — не знает, Валерий Сергеевич?

— Мы сами себя обманываем! Когда ушел Евдокимов, вся Россия выдохнула: «Убили!» Я был на месте аварии: бездарное и нелепое ДТП. Обычный неудачный обгон на высокой скорости, и даже встречной машины наверняка не было. В той машине, которую задел автомобиль Евдокимова, — двое детей, две бабы и за рулем слесарь. И все ясно — не тот случай, когда спецслужбы задействуют! Но народ ХОЧЕТ, чтобы герой был убит и стал мучеником. А что — смерть, если он мучался-то при жизни?! Самое для меня тут невыносимое — народу не докажешь обратного. Убрать оппонента — по-прежнему норма жизни. И сомнений ни у кого не возникло: раз он не был угоден местным олигархам, значит, точно «убрали». Когда я стоял у гроба, услышал, как одна старушка сказала: «Нашей любовью, Мишенька, ответишь ты перед Господом».

— А вы-то что подумали, когда все узнали?

— Тоже: «убили». Я ведь — тот же народ. А когда смотрел из окна гостиницы, как толпы людей его провожали, вспомнил слова Заратустры: «Надо уходить, когда ты кажешься наиболее вкусным». Мысль эта меня всегда преследовала. Миша-то ушел на взлете!.. Я как-то был на кладбище у Высоцкого 25 июля. И мне забулдыга с могилы крикнул: «С праздником, дядя Валера!» Меня как кипятком ошпарило: «Что за бл… во?! Какой, к черту, праздник?!» А он тут же пояснил: «В этот день Владимир Семенович шагнул в вечность!» И я подумал: «Вот, тварюга-бомж прав! Какую формулу придумал весело!» С одной стороны — вроде жуть, день смерти, а с другой — народ отмечает, открывают памятники, музеи, что-то как бы празднуют. И 7 августа «мерседес», пролетевший над землей 25 метров, тоже унес Михаила Евдокимова в вечность… А еще я потерял родню — он ведь мне кум, и мой младший Ванька лишился крестного отца.