Один месяц из жизни губернатора: Александр Карлин дал интервью «Российской газете».

«У вас никогда не будет второго шанса, чтобы произвести первое впечатление», — так сформулировал один из своих жизненных принципов миллиардер Аристотель Онассис. Александр Карлин после назначения на пост главы администрации Алтайского края использовал свой шанс на все сто — после его презентационных выступлений перед местными законодателями и чиновниками исполнительной власти стало очевидно: ситуация в крае в скором времени кардинально изменится.

…Прошел месяц с момента утверждения его в должности главы региона. Насколько трансформировалась оценка положения края? И какова программа мер по его оздоровлению? Эти и другие вопросы корреспондент «РГ» задал губернатору Алтайского края Александру Богдановичу Карлину.

Российская газета: Вас направили в регион как антикризисного управляющего. По крайней мере именно так было воспринято ваше назначение месяц назад. То есть времени на обязательные этапы — наблюдения, инвентаризации, оценки доверенного имущества — просто не было.

Александр Карлин: В отношении квалификации назначения меня как антикризисного управляющего я не совсем согласен. Прямые аналогии не оправданы хотя бы потому, что я наделен полномочиями главы высшего исполнительного органа власти в крае Алтайским краевым Советом народных депутатов (АКСНД) по представлению президента страны. И эти полномочия гораздо шире и объемнее по содержанию и долговременнее в плане срока исполнения, нежели у арбитражного управляющего, который, согласно закону о банкротстве, направляется для решения определенных задач. Я рассматриваю себя в качестве главы региона, который обязан решать весь круг проблем и вопросов, стоящих перед краем.

РГ: Однако вы наверняка успели оценить наследство, которое вам досталось? Изменилась ли ваша позиция за это время? Каковы нынешние приоритеты?

Карлин: Что касается оценки ситуации социально-экономического положения региона, времени было действительно немного. Поэтому первоначально я руководствовался и статистическими данными, и отзывами тех, кто работал в крае, и оценками федеральных ведомств по разным направлениям — достаточно широким исходным материалом. Работа непосредственно в крае предварительную оценку лишь подтвердила и детализировала. И, собственно, моя работа сегодня заключается в том, чтобы конкретизировать ситуацию применительно к каждому району и городу, к каждому направлению деятельности и принимать конкретные управленческие решения.

В ближайшее время будет создана рабочая группа по подготовке программы социально-экономического развития края. Это будет комплексный среднесрочный (то есть рассчитанный на три-пять лет) документ, который будет составлен с учетом глубокого анализа положения региона, с учетом всех имеющихся и потенциальных ресурсов, он будет содержать серьезный прогноз развития и конкретные модели решения социально-экономических проблем.

Приоритеты обусловлены объективными условиями. Их диктует жизнь. И наша задача — серьезно продумывать свои шаги. Так, безусловным приоритетом является развитие АПК края хотя бы потому, что половина трудоспособного населения края живет в сельской местности. И для них сельское хозяйство не просто производство, а образ жизни, значит наша задача — сделать эту жизнь нормальной.

Относительно ситуации в промышленном секторе: сегодня необходим учет того, что есть в крае, его промышленного потенциала, ресурсов. Надо признать, что производственные фонды в большинстве своем выработали свой ресурс, и не однажды. Многие производства требуют переориентации на новые технологии, новые виды продукции. Необходимо выстраивать работу в промышленности, ориентируясь на современные подходы.

Если мы решим эти экономические задачи, то подойдем к основной цели — созданию базы для социальной стабильности в регионе.

РГ: Многие ожидали и прогнозировали определенный стресс из-за смены правил игры и элиты в крае. Однако все процессы происходят довольно спокойно, без надрыва. Это такая тактика — усыпить бдительность, а потом кардинально изменить ситуацию?

Карлин: Никто никого не старался удивить какими-то неординарными действиями, и уж тем более вызвать стресс. Я не веду ни с кем борьбу, поэтому усыплять бдительность не требуется. Потенциально зачисляю все население края в свои союзники. А потом уж сама жизнь, отношение людей к тем целям и задачам, которые я стараюсь решить- при этом считаю, что эти цели и задачи социально позитивны, — определяют, кто друг, а кто противник. Пока у меня в крае 2 600 000 союзников.

РГ: В первые же дни после утверждения в должности главы администрации вы уволили всех заместителей, и не побоялись оставить край без управления, отправившись в столицу. Это принцип надеяться только на себя, или привычка не доверять людям?

Карлин: Я уволил всех прежних заместителей главы администрации, потому что получил их заявления об увольнении. И в этом смысле исполнил их желания. Потом я действительно отлучился из края на два дня, по служебной необходимости, но это ни в коем случае не означало, что я оставил край без управления. Я находился на постоянной связи. И, с другой стороны, все руководители краевых ведомств были на местах и выполняли свои функции в полном объеме. Если говорить о принципе, то я привык надеяться на себя и в то же время доверять людям. Одно другое не исключает.

РГ: Вы достаточно осторожно относитесь к назначениям — не из кого выбирать или слишком много ходоков и советчиков?

Карлин: Осмотрительность и осторожность при назначении объясняется очень просто. Заместитель главы администрации — это очень высокая и ответственная должность. Человек, претендующий на это место, должен отвечать жестким требованиям — это и профессионализм, и глубокое знание сектора ответственности. Кроме того, его должны отличать высокие моральные и деловые качества. Руководитель такого уровня должен быть доступен людям.

Анкеты всех моих замов свидетельствуют о том, что все они люди состоявшиеся в профессиональном плане, признанные и авторитетные, чему есть формальные подтверждения — наличие ученых степеней и званий, государственных наград. А <друзья> мне не досаждали. По крайней мере я не испытывал какого-то давления.

РГ: Почему вы не назначаете первого зама? Ведь, наверняка, депутаты АКСНД дружно проголосуют за того, кого вы им предложите. Потому как центр стабильности резко сместился в сторону исполнительной власти.

Карлин: Спешки в назначении первого заместителя быть не может. Хотя бы потому, что сначала мы должны выстроить модель функционирования исполнительной власти в крае. И в зависимости от конфигурации управленческой схемы будет понятно, нужен ли вообще первый заместитель, а если нужен, то каким должно быть функциональное наполнение этой должности, какова зона его ответственности.

Многие представляют первого заместителя как дублера главы администрации, так вот я пока в дублерах не нуждаюсь. Я считаю себя потенциально способным к руководству исполнительной властью при наличии команды заместителей.

И принимать решение по первому заместителю только потому, что так принято, или потому, что есть упоминание о нем в краевом законе об администрации, на мой взгляд, не совсем правильно.

РГ: На каких принципах должны строиться отношения законодательной и исполнительной власти в регионе? Карлин: Я не считаю, что на Алтае надо вырабатывать какие-то особые принципы взаимоотношений между ветвями власти. Тем более что все это уже определено Конституцией РФ. В ней четко прописано, что, с одной стороны, две ветви власти разделены и самостоятельны, а с другой — обязаны тесно взаимодействовать между собой как две производные от воли народа.

Есть алтайский опыт взаимоотношений исполнительной и законодательной власти и, к сожалению, не всегда позитивный. Народ устал от демонстрации политического самодовольства сторон, которое было только во вред краю. Поэтому сегодня задача администрации края состоит в том, чтобы активно способствовать краевому Совету народных депутатов в формировании надлежащей нормативно-правовой базы. Нужно более серьезно подходить к подготовке законов, которые исполнительная власть представляет в законодательный орган, более глубоко их прорабатывать и вовремя выходить с этими инициативами в АКСНД.

Думаю, и у депутатов краевого Совета некоторые коррективы во взаимопонимании принципов взаимоотношений тоже произойдут. Мы надеемся на увеличение степени доверия, на то, что контроль со стороны законодательного органа не будет мелочным, не будет сковывать инициативу исполнительной власти. Я вообще считаю, что необоснованный, неоправданно мелочный контроль на руку безответственным людям.

Впрочем, за месяц, который я работаю в крае, у меня сложилось впечатление, что подавляющее большинство депутатов как раз люди ответственные, они знают проблемы края, и главное — заинтересованы в их решении. Если это положить в основу нашего взаимодействия, все у нас будет нормально. И мы сможем стать не «образцом» бездумной конфронтации, а примером взаимопонимания и сотрудничества.

РГ: Какое впечатление на вас произвели депутаты Госдумы от края?

Карлин: Почти со всеми депутатами удалось пообщаться в формате общих и личных встреч. Многих знал до этого, по работе в федеральном парламенте. Все они имеют установку использовать свои полномочия в решении краевых задач. К сожалению, ни один из депутатов Госдумы не является членом бюджетного комитета, что представляется очень значимым для решения задач края, как высоко дотационной территории. И для нас очень важно, чтобы наши проблемы справедливо решались на уровне федерального бюджета.

РГ: Доходная часть бюджета края прогнозируется в размере 28 миллиардов рублей, что примерно на 15 процентов выше уровня 2005 года. Собственные доходы бюджета вырастут до 14,5 миллиарда рублей, что также примерно на 15 процентов выше прошлогоднего уровня. Тем не менее бюджет края остается одним из самых слабых в Сибири. Возможно ли изменить статус-кво?

Карлин: Совершенно очевидно, что бюджет и его доходная часть определяются не нашими пожеланиями, а имеют объективную первооснову — реальное состояние экономического сектора. И прогнозы, которые мы имеем, не позволяют нам говорить о том, что доходы в следующем году значительно вырастут. Попрежнему большую долю в структуре доходной части бюджета занимает дотационная составляющая. Кстати, что касается дотаций из федерального бюджета, я хотел бы прояснить свою позицию по этому вопросу. Чаще всего дотационность региона квалифицируют как некое уничижительное обстоятельство. Но это не унизительно само по себе.

Просто сейчас экономическая конъюнктура сложилась так, что в силу целого ряда причин край нуждается в серьезной финансовой поддержке федерального бюджета, доходная часть которого сформирована в основном за счет сырьевой составляющей регионов. И если эта поддержка будет достаточной, край сторицей возместит все, что получил от государства. Нужно лишь грамотно распорядиться получаемыми ресурсами, инвестициями в экономику региона и эффективно их использовать. Мы должны отдавать себе отчет в том, что нам придется отрабатывать эти ресурсы.

РГ: Сегодня активно обсуждается возможность появления в России третьего вида особых экономических зон (ОЭЗ) — туристско-рекреационных. Наибольшее количество шансов попасть в третий вид зон — у Байкала и Алтая. Можно ли считать это панацеей для развития экономики края?

Карлин: Если такое дополнение в закон будет, то мы попытаемся обязательно реализовать эту тему. Пока же край заявляет о себе как о территории, где можно разместить промышленно-производственную зону, уже прописанную в законе. Такой зоной может стать, например, Рубцовск, который имеет всю необходимую инфраструктуру и трудовые ресурсы. Так что попытаться войти в формат ОЭЗ можно и нужно.

РГ: В свое время в край пытались зайти несколько ФПГ. Они декларировали оздоровление экономики региона, а фактически скупали собственность. Сегодня они пытаются избавиться от тех активов, что еще больше ухудшает ситуацию на предприятиях. Какие меры профилактики против нового передела собственности намерена предпринять исполнительная власть?

Карлин: Мы сейчас очень внимательно изучаем те инвестиционные предложения, которые поступают в администрацию. Среди них есть откровенно утопические. Имеют место и весьма сомнительные инициативы, перспективы которых вы обозначили в своем вопросе. Но вместе с тем есть и достаточно серьезные предложения, которые мы прорабатываем с точки зрения намерений потенциальных инвесторов по сохранению производственного потенциала и оптимальному использованию трудовых ресурсов.

Чтобы не допустить нового передела собственности, с одной стороны, у администрации есть полномочия, предоставленные законом. А с другой — более уверенно должны заявлять о себе краевые правоохранительные органы. Задача — вовремя пресекать и предвосхищать случаи умышленного банкротства, в результате которых обесцененная собственность <уходит> из края и одновременно возникает социальное напряжение.

РГ: Подготовка к очередному отопительному сезону в Алтайском крае вновь под угрозой срыва. Возможно ли переломить эту тенденцию?

Карлин: Мы действительно еще месяц назад стояли перед угрозой срыва отопительного сезона. Однако нам удалось достойно выйти из критической ситуации. За счет чего? За счет максимальной концентрации имеющихся финансовых ресурсов. Пришлось пойти на заимствование средств, так и не дождавшись помощи федерального центра. Затем нами был установлен жесткий контроль за их движением и распределением по целевому назначению. Более строго контролировалось ведение ремонтных работ, качество энергоресурсов и так далее. В результате, в том же Рубцовске удалось переломить ситуацию. И мы надеемся, что впредь все предыдущие зимы останутся лишь кошмарным воспоминанием.

Сейчас зоной повышенного внимания администрации остается Яровое, и мы принимаем серьезные меры, чтобы преодолеть непонимание отдельных хозяйствующих субъектов, которые работают в этом городе. Надо исключить саму возможность злоупотреблений в данной сфере.

А вообще, проблема подготовки к отопительному сезону — это тема повседневной работы, которая будет продолжаться до 15 мая следующего года. Уже 16 мая начнем готовиться к новой зиме.

РГ: А что будет с долгами прошлых лет?

Карлин: Будем очень внимательно разбираться. Что это за долги? При каких обстоятельствах они возникли? Почему не были вовремя погашены? Каков фактический объем предоставленных услуг или продукции? Чтобы не возникало иллюзии, что под шумок с бюджета можно поиметь копеечку, сославшись на какие-то мифические обстоятельства.

Подход, когда выполнение контрактов текущего года увязывают с долгами прошлых лет, мы категорически не принимаем. Это самостоятельные темы. Иначе — нам никогда не выбраться из этого порочного круга.

РГ: Возможны ли партнерские отношения между государством и бизнесом? На каких условиях?

Карлин: Иного формата отношений бизнеса и государства я себе не представляю. Они должны строиться на условиях взаимной ответственности. Когда государство ответственно за все решения (управленческие, организационные), которые оно принимает, а бизнес, в свою очередь, берет на себя социальную ответственность.

РГ: Как воспринимается потенциал Алтайского края в столице — как депрессивного региона, или всетаки имеющего перспективы?

Карлин: Думаю, федеральный центр воспринимает ситуацию в крае более или менее объективно. Как и объем тех ресурсов, которыми мы обладаем, и которые позволят постепенно выйти из кризиса, если их развивать. В конце концов, и регион, и центр одинаково заинтересованы в том, чтобы край быстрее освободился от костылей дотаций и стал экономически стабильным.

РГ: 27 сентября состоялся теперь уже традиционный прямой телеэфир, в ходе которого люди могли задать свои вопросы президенту страны. На ваш взгляд, насколько подобный формат обратной связи, общения с населением края был бы полезен для вас?

Карлин: Президент демонстрирует, как надо работать с людьми, пример готовности к откровенному прямому диалогу. У нас технических возможностей пока не много, но опыт общения с жителями края в формате прямого эфира уже был. Это полезно для всех. Поэтому будем практиковать такую форму общения.

РГ: Вы быстро стали публичным политиком в крае. Это было сложно для вас?

Карлин: Мне это еще предстоит. Я понимаю, что пока люди меня еще недостаточно хорошо знают. Мне бы хотелось, чтобы они судили по делам.

РГ: Основный жизненный принцип?

Карлин: Очень трудно выделить основной. Если бы в жизни был один принцип, она была бы одномерной. Но могу сказать, какой актуален сейчас: «Дорогу осилит идущий». В том смысле, что не рассуждать надо о том, как преодолевать путь, а идти по нему уже сегодня.