Алтайский политолог Юрий Чернышов о гибели губернатора Евдокимова и деле Щербинского: «Здесь нечисто, они явно что-то скрывают!»

Приводим полный текст заявления, распространенного 23 ноября Юрием Чернышовым.

Когда погиб Михаил Евдокимов, известие об этом потрясло страну. Социологи Аналитического центра Юрия Левады провели в августе опрос и установили, что более половины (52%) опрошенных россиян считают данное ДТП покушением на жизнь, и только 34% назвали это несчастным случаем. Особенно эмоционально первую версию высказывали многие жители Алтайского края, на глазах которых разворачивалась вся драма короткого губернаторства Евдокимова. Уже одно это приводит к выводу, что данное событие вряд ли следует отрывать от соответствующего политического контекста. За прошедшие 4 месяца в СМИ появилось много весьма неоднозначных свидетельств очевидцев и суждений экспертов. Однако начинающийся судебный процесс показывает, что дело приобрело довольно странную направленность. Мы видим настойчивое стремление изобразить произошедшее только как заурядное ДТП, без каких-либо попыток учесть и проверить другие версии. При этом еще до начала суда по центральному телевидению был фактически указан «стрелочник», которому предстоит за все ответить. Это водитель оказавшейся на месте аварии иномарки с правым рулем. Налицо прием отвлечения внимания (в данном случае — с темы причин гибели губернатора на другую тему, очень злободневную для наших автомобилистов — ожидаемого запрета «правого руля»).

Итак, никто так и не ответил на серьезные вопросы, возникавшие у экспертов. Почему, например, трагедия произошла именно в тот самый момент, когда политический кризис в Алтайском крае был доведен до крайности, когда ситуация оказалась буквально тупиковой? Евдокимов тогда уже дважды получил вотум недоверия от депутатов краевого Совета, возглавляемых А. Назарчуком. Однако в Кремле не захотели создавать прецедент отстранения губернатора по требованию региональных депутатов. В результате «народный губернатор» оказался в «зависшем» положении. Он стал крайне неудобен не только для старой местной «элиты», но и для Москвы.

При этом сам Евдокимов, как «несистемный» человек, позволил себе довольно смелые высказывания. «Вот пока народ не выйдет и не снимет меня, до тех пор никуда я не пойду. Никаких заявлений писать не буду. Не ради себя. А ради того, чтобы изменить положение к лучшему», — интервью НТВ, 31 марта. А 6 апреля на «Эхе Москвы» ему был задан вопрос: «Если президент примет негативное для Вас решение, Вы подчинитесь или «возглавите личную революцию»? Ответ Евдокимова: «Если народ пойдет, я, конечно, пойду с народом». Такие заявления напугали многих. Говорили даже о его намерении участвовать в президентских выборах.

По свидетельствам нескольких очевидцев, накануне своей гибели Евдокимов заметил постоянную слежку и даже успел высказать А. Вольскому опасение: «Батька, меня, наверное, шлепнут!». Учтены ли такого рода факты следствием? Приходится сомневаться. Есть еще один неопровержимый факт — перед автокатастрофой генерал МВД В.Вальков, несмотря на протесты Евдокимова, снял машины сопровождения и охрану. Неужели и это никак не повлияло на то, что случилось 7 августа? В таких случаях нередко направляют комиссию из Москвы для более объективного и глубокого расследования. В этот раз почему-то не сочли нужным направить.

С сожалением приходится констатировать, что Евдокимова все время цинично использовали в чуждом ему мире политики. Сначала его подтолкнули идти на выборы — чтобы с его помощью снять засидевшегося прежнего губернатора — «Алтай-баши» (А. Сурикова). Потом на него же, одержавшего победу на волне протестного голосования, стали указывать пальцем и говорить: «Вы посмотрите, каких шутов выбирают! Надо отменять всенародные выборы!». Потом многие «соратники» использовали его в своих меркантильных интересах и «во-время сбежали». Наконец, теперь имя покойного Евдокимова решили использовать в кампании по отмене «правого руля» на иномарках…

Чтобы снять накопившиеся в обществе сомнения, чтобы прояснить, где правда, а где просто слухи и мифы, нужно было обеспечить гласность, нужно было дать исчерпывающие ответы на все волнующие людей вопросы. Вместо этого власть нарушила собственное обещание о том, что обстоятельства дела будут открытыми. Суд, проходящий в райцентре Зональное, сделали закрытым, причем не привели для этого даже сколько-нибудь правдоподобных и юридически обоснованных оправданий. Увы, в этих условиях многие независимые наблюдатели вынуждены были сделать для себя только один вывод: «Здесь нечисто, они явно что-то скрывают!».

Мы еще не знаем, каким конкретно окажется вердикт суда, но уже сейчас можно предполагать — теперь он вряд ли имеет большие шансы встретить доверие в обществе.