«Косихинская резня бензопилой»: На Алтае девушке отпилили руку. Среди подозреваемых — милиционеры…

25-летняя Ирина К. из Барнаула осталась без левой руки в результате веселого отдыха на природе. ЧП в селе Косиха случилось еще 4 августа, однако информация о нем до сих пор просачивается в СМИ скудным ручейком. Возможная причина такой тишины: среди местных жителей бытует версия о том, что именно косихинские стражи правопорядка участвовали в том жутком пикнике.

Неудивительно, что уголовное дело не возбуждено до сих пор. «А по какому поводу его возбуждать? — даже удивился Владимир Ащеулов, заместитель начальника Косихинского РОВД, на территории которого и произошло ЧП. — Заявления нет». На мое напоминание, что уголовное дело возбуждается и без заявления, по факту нанесения тяжких телесных повреждений, которые налицо, Ащеулов ответил: «Потерпевшая сейчас без сознания. А в первые минуты она пояснила, что уронила бензопилу и так вот себя травмировала».

Владимир Ащеулов изложил ситуацию так: компания из трех-четырех молодых людей и двух-трех девушек, среди которых была и Ирина, приехала на дачу возле деревни Косиха. Бензопила была у них при себе — будто бы для заготовки дров. Выпили, закусили. После чего Ирина будто бы решила «попилить» дровишек и заодно освоить новый инструмент.

Ирина К. была доставлена в село Косиха, в Центральную районную больницу около 15 часов 4 августа. Левая рука болталась на лоскуте кожи, кость раздроблена в осколки. Кроме того, требовал операции ушиб головного мозга. Также у Ирины — перелом бедра. Девушка потеряла не меньше трети своей крови, косихинским медикам пришлось дважды ездить за кровью в Барнаул. «Руку пришлось ампутировать, возможности спасти ее не было», — сказал «Известиям» оперировавший Ирину косихинский хирург Борис Лютиков.

Говорят, будто Ирина повторяла: «Я сама, я все сама». Однако верят в это не все. «Чтобы получить ушиб головного мозга, перелом бедра и травму левой руки, надо было этой бензопилой жонглировать как мячом», — так один из косихинских медиков прокомментировал «Известиям» результат.

Однако все эти травмы вписываются в другую версию, согласно которой молодые люди, подвыпив, начали избивать своих подружек, а потом, войдя в дикий кураж, и, видно, вспомнив фильм «Техасская резня бензопилой», отхватили Ирине руку. Опомнились ли они после этого сами, или Ирину спасли люди, услышавшие ее вопли, пока неизвестно. Ащеулов обошел вопрос о том, участвовали ли в пьянке его сотрудники.

Понятно, что не говорится об этом и в официальных рапортах. В доступных для прессы криминальных сводках о ЧП — ни слова. Первый заместитель начальника краевого УВД генерал Вячеслав Новиков, которому я изложил ситуацию, прежде всего спросил: «Ну, а вам-то что?». Только после долгого разговора о том, что по факту ЧП как минимум должна быть проведена проверка, генерал Новиков сказал, что пошлет сотрудника в больницу N 1 Барнаула, где сейчас находится потерпевшая. Идти до нее от здания краевого УВД 10−12 минут пешком, лежит Ирина в отделении сочетанной травмы, о чем я сообщил генералу. Однако даже спустя сутки к Ирине из милиции не пришел никто.

Для косихинских милиционеров это не первый случай откровенного беспредела. Именно здешние сотрудники несколько лет назад во время «допроса» бизнесмена «имитировали» расстрел, приставляя к его голове пистолет. В конце концов выстрел грянул, бизнесмену снесло часть черепа, но он чудом остался жив. Ходит теперь с титановой пластиной в голове. Стрелявший в него офицер получил четыре года колонии, из которых отсидел два. В 2007 году Косихинское РОВД по итогам проверки впервые за много лет получило оценку «неуд». Однако его начальник Грибачев усидел в кресле благодаря заступничеству главы района Владимира Татарникова. Они не только друзья, но и соседи — новые дома главы и «шерифа» построены на специально расчищенном для них участке земли в центре села. Начальнику РОВД была выделена из районного бюджета ссуда в 500 тысяч рублей, что было выявлено при проверке Счетной палаты, однако пока не имело для Грибачева никаких последствий.

В больницу к Ирине приезжали родители, говорили с ней, но заявления так и не написали. Может, отсоветовали им? Еще с лекарствами и продуктами к ней приезжали какие-то парни, может, именно те, кто ее изувечил. В таких случаях пострадавшим обещают деньги, помощь с медикаментами и врачами. Потерпевшие часто соглашаются — от бедности, безысходности, а прежде всего потому, что не верят в справедливость, в то, что виновные будут наказаны. Расследование и суд нынче превратились в нервотрепку для потерпевших, выгодную только преступникам. Возможно, и страшное дело Ирины К. закончится для косихинских лихих парней легким испугом.