Репортаж о великом празднике крещения: едва крещенский городок покинул епископ максим, дежурный сержант милиции объявил себя владыкой, царем и воинским начальником…

19 января православные барнаульцы отмечали один из 12 великих христианских праздников — Крещение Господне. С утра народ начал собираться у Никольской церкви, на Ленинском проспекте. По словам редактора епархальной газеты Валентина Зайцева, людей было так много, что многим пришлось стоять на улице — Никольская церковь просто не смогла вместить всех желающих. В 11.30 Крестный ход, который возглавил епископ Барнаульский и Алтайский Максим пошел под звуки передвижной звонницы к Оби. По оценке Епархии, в крестном ходе приняло участие порядка 2 тысяч горожан.

Репортаж о великом празднике крещения: едва крещенский городок покинул епископ максим, дежурный сержант милиции объявил себя владыкой, царем и воинским начальником…

С хоругвями, во славу православия, на обской лед — вперед!

У Оби, где был выстроен так называемый «крещенский городок» уже собралась большая толпа. На льду реки в окружении елочных заграждений были прорублены две проруби: крестообразная (для тех, кто пришел запастись святой водой) и прямоугольная с лесенками для желающих погрузиться.

Владыка Максим отслужил водосвятный молебен, окропил всех присутствующих святой водой и выступил с проповедью, в которой рассказал как применять эту воду. Несмотря на многочисленные просьбы санэпидслужбы города о том, что пить воду, набранную в реке не стоит, Максим сообщил о том, что тот, кто с верой и благоговением будет пить освященную воду, тому она даст силы и здоровье. По словам Валентина Зайцева священнослужители отбыли от Оби около 13.30. Многисленные барнульцы, желающие прикоснуться к святому, остались.

Репортаж о великом празднике крещения: едва крещенский городок покинул епископ максим, дежурный сержант милиции объявил себя владыкой, царем и воинским начальником…

Священники, поддержав под локоть Владыку, успешно продемонстрировали ритуальную немощность епископа Барнаульского и Алтайского

Как сообщил офицер милиции, работающий на «пропускном пункте» к прорубям, днем в городке была такая масса народа, что милиции, дежурившей там, было некогда даже перекусить. Вечером стало посвободнее.

Что значит «посвободнее», наши корреспонденты увидели своими глазами…

— Примерно на средине отрезка от речного вокзала до нового моста через Обь были сооружены снежная часовня, через которую был организован вход для желающих набрать святой воды. Огромная очередь, выстроившаяся практически до нового моста, двигалась крайне медленно. Люди стояли с канистрами, пластмассовыми бутылями, другими емкостями. Иногда слышался плач детей, уже уставших дожидаться своей очереди.

Недалеко топилась маленькая банька для тех, кто уже искупался и хотел согреться.

Второй вход был организован чуть в стороне. Через него входили желающие искупаться. Несмотря на то, что одна раздевалка (по типу пляжных кабинок) была оборудована на льду, возле купели, многие предпочитали раздеватья наверху (на берегу была поставлена еще одна кабинка) и бежать до проруби в «купальных костюмах», что впрочем, давало право на вход на лед без очереди.

Репортаж о великом празднике крещения: едва крещенский городок покинул епископ максим, дежурный сержант милиции объявил себя владыкой, царем и воинским начальником…

Разоблачившись на берегу, барнаульцы несли свои телеса, обтянутые купальными костюмами, к святой проруби.

Такая система пропуска людей была обусловлена, по словам представителей милиции, результатами исследования МЧС, которое установило, что толщина льда (порядка 50 см) на реке может выдержать не более 80 человек. За тем, чтобы не превышалось это количество и следили милиционеры. Иногда народ пытался прорваться к проруби, находил какие-то лазейки, однако, практически в конце пути к вожделенной «святой воде» их встречал не особо ласковыми словами кто-то из наряда и приходилось возвращаться назад.

Мы нашли одну такую лазейку — в стороне от скопления жаждавших святости была протоптана тропинка к прорубям. Скользя и оступаясь, мы спустились к берегу реки и практически уже дошли до проруби, как нас заметил патрульный милиционер. Перемежая свою речь словами, которые мы не решаемся тут привести, он отправил нас наверх. Повозмущавшись, но не добившись правды, нам пришлось двигаться в обратном напрвлении.

Несколько семинаристов во главе с молодым клириком в «черных одеждах» пытались пробраться на лед вне очереди:

— Мы что, зря семинарию заканчивали?

Сержант милиции, вставший грудью перед входом, вполне доходчиво объяснил гг. семинаристам, что нужно идти в общую очередь.

— Да нам сам Владыка позволил…

— Не знаю никакого владыки, я и сам тут и царь, и владыка…

Капитан милиции (который, как оказалось, называли «начальником штаба») оказал уважение «человеку в черном» впустив клирика и его «птенцов» через часовню без очереди. Находчивые молодые люди, со словами — «Идем и мы, брат» тут же пристроились к веренице семинаристов.

Репортаж о великом празднике крещения: едва крещенский городок покинул епископ максим, дежурный сержант милиции объявил себя владыкой, царем и воинским начальником…

Вечером, сняв белые праздничные одежды молодой клирик со своими подопечными пытался прорваться к проруби без очереди.

Мы подошли к лейтенанту с просьбой узнать — до какого времени на реке будут продолжаться празднества? Хотя от замерзшего офицера жутко разило спиртным, однако, сам он стоял трезвый как стеклышко. Часы показывали начало девятого вечера.

— Когда все это закончится я не знаю. Пока все не разойдутся, будем стоять. Я тут с половины десятого утра стою.

— Не замерзли?

— Да привык уже, пока тут стою — ничего, когда в тепло зайду, трясти начинает…

Кстати, не прожекторов, ни машин скорой помощи, ни водолазов (в Тюмени на крещение дежурило 20 водолазов) мы не увидели.

Еще немного постояв и замезнув частично от вида периодически выскакивавших из ледяной купели барнаульцев (которые вначале делились впечатлениями от купания, а уже затем шли одеваться), мы пошли домой.

А купания в святой воде продолжались до поздней ночи…