Сайт «Новости Горного Алтая» опубликовал материал о состоянии
индустрии туризма в РА. Предлагаем нашим читателям ознакомиться с текстом материала.
Турбазы, расположенные на берегу Катуни в Майминском и Чемальском районах Республики Алтай, до сих пор официально не открыты, а их владельцы и руководители считают, что контролирующие органы, вольно или невольно, вытесняют местных предпринимателей с динамично развивающегося рынка. Однако большинство туроператоров ведет прием туристов, поток которых на прошлой неделе значительно возрос — на Алтае установилась жаркая солнечная погода. За сутки, по реке Катунь, начиная от Усть-Семы и заканчивая Аей, происходит не менее 300 сплавов на рафтах и катамаранах. Заполняемость баз, которых на этом же отрезке наземного пути насчитывается около тридцати, колеблется от 0 до 100%. Корреспондент ИА REGNUM в Республике Алтай, по приглашению республиканского объединения туроператоров Алтая «Алтайское туристское соглашение», посетил 8 баз отдыха Майминского и Чемальского районов, входящих в «Соглашение» и попытался понять, насколько они готовы к приему туристов.
Выполнение непосредственной деятельности турбаз — оказание услуг по предоставлению отдыхающим крыши над головой, осуществление экскурсий, сплавов, пеших и конных походов — не вызывает больших трудностей. На Алтае готовят гидов-проводников, инструкторов водного, пешего и конного туризма, периодически проходит их аттестация. Для подготовки таких кадров и их оценки практически не требуется финансовых средств, и к их работе претензии возникают крайне редко. Имевшие место случаи халатного отношения, например, инструкторов, руководящих сплавами, в результате которых происходили опрокидывания рафтов с последующими трагическими событиями, происходили с «дикими сплавщиками». «Раньше как было — люди бегали и искали рафты, — говорит директор турбазы „Корона Катуни“ Евгений Томин. — Сейчас ситуация изменилась — вдоль дороги стоят „уазики“ с рафтами, и их владельцы ищут клиентов не хуже привокзальных таксистов. Бывают случаи, когда вообще группа приезжает из Бийска, и их невозможно отследить. Сомневаюсь, что у них все в порядке с документами, со страховкой». Высокой квалификацию туристских кадров, которых готовят в Горном Алтае, называет и Сергей Мордовин. Он владеет базой «Талдинские пещеры», которая специализируется на спортивном туризме, в том числе детском.
Однако нельзя сказать, что весь персонал туристских баз формируется из местного населения. Нередки случаи, когда вахтовым методом работают бригады барменов, горничных из Барнаула и Новосибирска. Правда, в основном к их услугам прибегают на тех базах, которыми владеют бизнесмены из этих регионов. Местные кадры для пищеблоков — в основном учащиеся профтехучилищ, где готовят поваров-кондитеров. Для них поработать на турбазе не только возможность заработать, но и возможность отдохнуть на природе. Платят немного. Из разговоров менеджеров баз отдыха понятно, что средний заработок обслуживающего персонала баз колеблется от 3 до 5 тыс. рублей. Доходы непосредственно туристского персонала — сплавщиков и инструкторов, выше.
Многие турбазы занимаются организацией маршрутов: начиная от экскурсий и радиальных путешествий, заканчивая конными и водными маршрутами вглубь Горного Алтая и организацией рыбалки в сопредельной Монголии. В тоже время каждая база имеет свою специализацию: «Черемшанка» рассчитывает на людей, намеренных просто отдохнуть на одном месте на берегу Катуни, «Талдинские пещеры» специализируются на организации спортивных состязания для детей и подростков. При этом каждая база, в общем, готова просто принять любого путешественника.
В Майминском районе в базах негостиничного типа ночлег может обойтись от 150 до 300 рублей. Питание в основном комплексное, его стоимость включается в стоимость путевки и колеблется от 100 до 300 рублей в сутки. Пешие экскурсии — от 150 рублей с человека, сплавы — от 200 рублей с человека за часовой сплав на рафте. У местного населения или на базе можно взять лошадь. В Майминском районе лошадь могут дать на день за 200 рублей.
Стоимость многодневных путевок, предусматривающих конные, водные или пешие походы от 5 до 15 дней, по утверждению самих туроператоров, доступна для среднего класса. Существуют специальные детские путевки. Например, путевка «Каникулы в Манжероке», рассчитанная на пять дней, стоит 2 300 рублей. 10- дневные маршруты «Теректинский конный» обойдется в 9 660 рублей, поход к леднику Актру — 6 415, сплав по Катуни от Большого Яломана до Манжерока — 9 170 рублей.
По словам директора туркомплекса «Манжерок» Сергея Зяблицкого, каждая база стремится работать с турагентами. Надеяться на «залетных туристов», которые едут по Алтаю без конкретной цели, слишком рискованно. Продажа путевок гарантирует заполняемость базы и занятость инструкторов, позволяет планировать загрузку и доходы.
Туризм — самая динамично развивающаяся отрасль экономики Горного Алтая. Если в 1998 году налоговые доходы от нее не превышали 2 млн рублей в год, то в 2004 году поступления превысили 20 млн Понятно, что часть доходов не учитывается и налогом не облагается. Это касается в первую очередь сопутствующей туризму торговли продуктами и сувенирами, предоставления населением лошадей, лодок, снаряжения. Население туристических центров республики — сел Артыбаш, Иогач Турачакского района на берегу Телецкого озера, сел Соузга, Манжерок, Барангол, Усть-Сема по Чуйскому тракту, Элекманар, Аскат, Чемал, Чепош по Чемальскому тракту — во многом живет за счет туристов. В советские годы и в начале 90- х село Барангол, например, было просто нищим, работы в связи с развалом бывших экономических связей в агропромышленной сфере не было. Сейчас в селе располагается два весьма крупных туристских предприятия — комплекс «Царская охота», база «Корона Катуни», установлена базовая станция МТС.
Вдоль главной улицы села (она же — Чуйский тракт) выставные самодельные или даже сделанные в рекламных агентствах щиты: «Банька», «Домик для гостей», «Лошади», «Жилье» и т.п. По словам Евгения Томина, владельцы баз не считают жителей Барангола конкурентами. Эта народная инфраструктура лишь помогает базам: предоставляет лошадей, продукты с огорода. На рынке села Манжерок торговки с готовностью рассказывали о пользе туристов для сельских жителей. В числе аргументов: невозможность выжить на пенсию, польза общения с «умными людьми», необходимость с пользой занять школьников на каникулах. «Туристов надо как можно больше», — убеждена продавщица выращенной на собственном огороде зелени и приготовленного в домашних условиях кваса. Туризм — пожалуй, единственная сфера экономики Горного Алтая, для которой интернетпредставительства играют не только функцию повышения престижа.
По словам руководителя туркомплекса «Манжерок» Сергея Зяблицкого, благодаря сайту его база получает от 15 до 20% своих клиентов. Евгений Томин из «Короны Катуни» приводит те же данные, но отмечает, что пока не удалось наладить систему онлайн-бронирования услуг. «Но это связано не с тем, что мы не уделяем внимание внедрению новых информационных технологий в свой бизнес. Просто есть проблемы: низкие скорости работы сети на Алтае, и опасливое отношение российской общественности к покупкам, совершаемым в Интернете, к действующим на сегодняшний день платежным системам».
По данным Центра развития информационных технологий, сопровождающего рейтинг сайтов «Алтай-top», существует строгая сезонная закономерность интереса к туристским сайтам. Зимой на первые места в рейтинге выходят новостные ресурсы, летом — сайты турбаз и туристических агентств.
С туризмом связано и развитие сотовой связи на Алтае. До 2002 года в республике существовал лишь один оператор беспроводной связи — «Сотел». В силу дороговизны абонентов в «Сотеле» было не более 200. Сейчас, через три года, у МТС и «БиЛайна» количество абонентов превышает 35 тыс. Сергей Зяблицкий, возглавлявший в 2002—2004 году министерство туризма Республики Алтай, напрямую связывает развитие сотовой связи с туризмом. «Можно посмотреть карту зон покрытия, и станет понятно, что это не только зоны покрытия связи, но и зоны покрытия территории туристами», Правда, до сих пор не решен вопрос покрытия Турачакского района, где располагается достаточно популярное у туристов Телецкое озеро.
Но, в общем, развитие туризма в Горном Алтае происходит не в тепличных условиях. Для самих туристов это не так заметно, если ситуация не касается взаимоотношений с жителями некоторых сел. Пару лет назад произошел довольно громкий скандал в селе Купчегень, расположенном сразу за перевалом Чике-Таман по Чуйскому тракту. За перевалом есть удобное место для стоянки и ночлега, на поляне даже специально оборудован туалет для туристов. Но вот сами жители Купчегеня относились и, видимо, относятся до сих пор к гостям не слишком радушно. В течение нескольких лет происходили нападения местных жителей на отдыхающих. В 2002 году аборигены, как говорится, не на тех напали: туристы здорово поколотили агрессоров. После этого происшествия «партия изоляционистов» (в основном — алтайцы, считающие что в регион в силу его особой сакральности необходимо максимально ограничить поток отдыхающих) предприняла серьезную пиар-атаку: в прессе появились статьи, осуждающие «туристов, напавших на беспомощных и безобидных жителей», органам власти предписывалось ввести чуть ли не таможенный пост, на котором приезжающих нужно было особо регистрировать. В целом туристы обвинялись в спаивании алтайского населения, в неуважении традиций алтайского народа, верхом которого является повязывание тряпичных лент на деревья. Алтайцы таким образом обращаются к духам, а туристы, не знающие, для чего это делается, лишь оскверняют священные места — считают теоретики алтайского изоляционизма. Нужно отметить, что иногда эти претензии обоснованы — на том же Чике-Тамане отдыхающим доводилось видеть на деревьях повязанные презервативы или нижнее белье.
Нередко туристы обвиняются в осквернение памятников истории. В природном парке Уч-Энмек (Онгудайский район, долина реки Каракол) особый режим посещения руководство объясняет тем, что необходимо оградить многочисленные памятники истории от антропогенного воздействия, которое по «изоляционистской» традиции связывается в первую очередь с туристами. Охраняется, например, писаница на скалах недалеко от села Бичикту-Боом. Первый раз корреспондент ИА REGNUM посетил это место в августе 2003 года в составе делегации совета организации «Наш общий дом — Алтай». Директор природного парка Данил Мамыев много и долго рассказывал о вреде несанкционированного посещения этих мест. Справедливости ради нужно отметить, что на писанных скалах были нацарапаны надписи типа «Нск рулез», и прочие, в которых вполне прослеживалась иногороднее происхождение их авторов. Охрана территории принесла видимые результаты — вместо иногородних надписи стали делать местные. Присутствующим в последствии удалось увидеть рядом с оленем, нарисованным первобытным пазырыкским художником крупную и отчетливую надпись: «Б.Бом. Урматова Ирина, Чачакова Айана, 25.03.04, 12:00». Один из древних охотников теперь стоит на постаменте из вырезанной надписи «Кырлык2004» (Кырлык — село в Усть-Канском районе). В общем, для того, чтобы гость бережно относился к ценностям, хозяин сам должен проявлять о них заботу.
Есть и системные проблемы туризма, связанные с отношением власти к этой отрасли. Журналист Виталий Бочкарев, который одно время был внештатным консультантом министерства туризма, неоднократно указывал на то, что туризм является пасынком властей. «Большое внимание уделяется дотированию сельского хозяйства, — говорит он. — Однако когда речь заходит о том, что туризм мог бы послужить локомотивом для развития того же агропромышленного комплекса, власти теряют к этому интерес. Складывается ощущение, что к этому виду предпринимательской активности у властей отношение такое — пусть они платят огромные налоги, тогда и поговорим. Действительно, налоговые поступления от туризма в общем объеме налоговых доходов невелики — 1−2%. Но, с другой стороны, республика ничего не вкладывает в эту отрасль. Нельзя забывать и о том, что благодаря развитию туризма увеличивается сбор налогов с предприятий общепита, заправочных станций и т.п. Да и, в конце-концов, не налоги главное. Главное — что люди на селе наконец-то нашли работу и лишают социальных основ дальнейшую люмпенизацию общества».
В Горном Алтае не раз разгорались скандалы, связанные с туризмом. Например, в прошлом году отношения властей и туроператоров ухудшились из-за скандала с новосибирской фирмой братьев Говор. До сих пор не понятна судьба инвестиций в строительство горнолыжного комплекса на горе Синюха около Манжерока. В 2003 году корпорация «Алемар» договорилась с властями региона о подготовке проекта, вложила в него около 600 тыс. долларов, однако в последствие правительство республики решило сделать ставку на фирму, с которой связан сын главы республики Алексей Лапшин.
В нынешнем году большинство туристических баз Майминского и Чемальского районов официально не открыты в связи с претензиями, которые были предъявлены санитарной службой. Главный санитарный врач республики, исполняющий обязанности руководителя территориального управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Республики Алтай (Роспотребнадзор) Леонид Щучинов сообщил, что основными проблемами баз являются нерешенность вопросов с утилизацией мусора и бытовых отходов, несоблюдение санитарных норм при устройстве скважин. Пищеблоки большинства туристических баз не соответствуют санитарным нормам и правилам. Владельцы баз не отрицают того обстоятельства, что у СЭС есть к ним претензии. Они даже согласны с тем, что, с точки зрения закона, многие из требований, предъявляемых санитарными врачами, обоснованы. Однако для того, чтобы выполнить все эти требования необходимо, в одном случае, полностью менять утвержденный ранее генплан, и перестраивать базу, в другом случае — половину территории отводить под санитарную зону для скважины, в третьем — перестраивать пищеблок, строительство которого ранее было согласовано и одобрено всеми инстанциями и пр.
Всего, по словам туроператоров, их деятельность контролирует 26 ведомств. В прошлом году на базы Майминского района приезжали проверяющие в количестве 17 человек. В этом году количество проверяющих было меньше, однако, требования значительно ужесточились. Пожарные, например, требуют устанавливать сигнализацию с выводом ее на центральный пункт. Александр Остапенко, директор турбазы «Черемшанка», говорит, что «у нас маленькие домики, исключительно для летнего проживания. В случае пожара из них можно легко эвакуироваться. Если же мы будем оборудовать пожарную сигнализацию, то это потребует столько финансовых вложений, что мы разоримся».
В этом году на турбазах Майминского района случилось два пожара — в «Манжероке» и «Короне Катуни». По словам их руководителей, наличие пожарной сигнализации никак не сказалось на оперативности пожарных — огонь тушили, в основном, своими силами.
Андрей Запорожский, владелец палаточного кемпинга «Зеленый дракон», попал в сложную ситуацию в связи с санитарными требованиями относительно скважины. Вокруг нее, по требованиям санитарных врачей, в радиусе тридцати метров должна быть санитарная зона, огороженная забором. Скважина на «Зеленом драконе» расположена в углу. «Так что я никак ее не смогу по всей окружности обезопасить, с одной стороны — леса, и на строительство забора придется испрашивать разрешение у лесников, с другой — территория другой базы», — говорит Запорожский. Несмотря на отсутствие забора, ограждающего скважину, в «Золотом драконе» на расстоянии тридцати метров действительно нет других объектов.
Владельцам крупных баз сейчас приходится заниматься пищеблоками. Санитарные врачи требуют наличия нескольких разделочных столов, разделочных досок и прочего кухонного инвентаря. Признавая справедливость ряда требований, туроператоры в то же время недоумевают — почему им предъявляются столь жесткие требования, в то время как ни одного случая отравления на турбазах зафиксировано не было. «Из мухи раздули слона, а самого слона как-то не замечают, — говорит директор базы «Талдинские пещеры» Сергей Мордовин. — Совсем недавно в Чойском районе дизентерией заболело более десяти детей и повар. У нас таких случаев не было. Акорицидная обработка проведена на всех турбазах. Предписаний от Госнаркоконтроля об уничтожении полей дикорастущей конопли в окрестностях баз в Майминском районе не получали — здесь она не растет.
Туроператоры утверждают, что выполнение всех предписаний контролирующих и надзорных органов повлечет разорение местных туроператоров. «Мы посчитали, что для оформления основных разрешительных документов потребуется не менее 300 тысяч рублей, — говорит Сергея Зяблицкий. — И это без рассмотрения земельных проблем». Практически все туроператоры выразили уверенность, что вольно или невольно контролирующие органы вытесняют местных бизнесменов с туристического рынка. «У нас таких денег нет. Они есть, например, у Сафина (Ралиф Сафин — сенатор, построивший в районе села Соузга личную дачу), — говорит Сергей Мордовин. - Если ситуация не изменится, то многие местные бизнесмены будут вынуждены уйти с этого рынка. Останутся представители новосибирских, кемеровских, барнаульских, московских богатых компаний».
Удивляет туроператоров то обстоятельство, что ранее санитарная служба не предъявляла столь жестких требований. Туроператоры связывают нынешнее обострение требований с административной реформой, в связи с которой ряд контролирующих ведомств объединяется в одно — Роспотребнадзор. И.о. руководителя этого ведомства Леонид Щучинов считает, что требования вовсе не завышенные. «Я бы сказал так: раньше на выполнение многих из них представители СЭС закрывали глаза. Сейчас же мы потребовали выполнения всех нормативов. Если туроператоров это успокоило бы, я бы наказал бывшего санитарного врача Майминского района», — добавляет Щучинов.
«Думаю, что в этой ситуации необходимо идти на то, чтобы с представителями всех контрольных служб каждая турбаза заключила некую программу, рассчитанную на пять-восемь лет. Выделить первоочередные меры, второстепенные, оговорить сроки их реализации, — считает Сергей Зяблицкий. — Все эти требования можно учесть, но на то, чтобы выполнить их одновременно не хватит денег. И потом можно было бы отслеживать выполнение предписаний. Например, мне удалось так сделать с пожарными в этом году. Нам ранней весной выдали перечень из 60 позиций, которые нужно реализовать до наступления сезона, и у нас был скрупулезный план их выполнения. Правда, многие пункты предусматривали издание всяческих приказов, утверждение инструкций. Мне понравилась идея издания приказа о создании добровольной пожарной дружины».
Что касается проблем с вывозом отходов, то туроператоры в голос заявляют, что это не их проблема. «Разве мы виноваты, что власти не могут создать и обеспечить работу полигонов для мусора и полей фильтрации? — говорит Сергей Зяблицкий. — У нас заключены договоры на утилизацию мусора с МУП «ЖКХ Майма», кто-то вывозит мусор на свалку Соузгинского мясокомбината, но санитарных врачей эти договоры не устраивают. В то же время вопросов по утилизации мусора населением или торговыми точками у СЭС не возникает. Все-таки налицо — политика двойных стандартов».
Турбазы, расположенные на берегу Катуни в Майминском и Чемальском районах Республики Алтай, до сих пор официально не открыты, а их владельцы и руководители считают, что контролирующие органы, вольно или невольно, вытесняют местных предпринимателей с динамично развивающегося рынка. Однако большинство туроператоров ведет прием туристов, поток которых на прошлой неделе значительно возрос — на Алтае установилась жаркая солнечная погода. За сутки, по реке Катунь, начиная от Усть-Семы и заканчивая Аей, происходит не менее 300 сплавов на рафтах и катамаранах. Заполняемость баз, которых на этом же отрезке наземного пути насчитывается около тридцати, колеблется от 0 до 100%. Корреспондент ИА REGNUM в Республике Алтай, по приглашению республиканского объединения туроператоров Алтая «Алтайское туристское соглашение», посетил 8 баз отдыха Майминского и Чемальского районов, входящих в «Соглашение» и попытался понять, насколько они готовы к приему туристов.
Выполнение непосредственной деятельности турбаз — оказание услуг по предоставлению отдыхающим крыши над головой, осуществление экскурсий, сплавов, пеших и конных походов — не вызывает больших трудностей. На Алтае готовят гидов-проводников, инструкторов водного, пешего и конного туризма, периодически проходит их аттестация. Для подготовки таких кадров и их оценки практически не требуется финансовых средств, и к их работе претензии возникают крайне редко. Имевшие место случаи халатного отношения, например, инструкторов, руководящих сплавами, в результате которых происходили опрокидывания рафтов с последующими трагическими событиями, происходили с «дикими сплавщиками». «Раньше как было — люди бегали и искали рафты, — говорит директор турбазы „Корона Катуни“ Евгений Томин. — Сейчас ситуация изменилась — вдоль дороги стоят „уазики“ с рафтами, и их владельцы ищут клиентов не хуже привокзальных таксистов. Бывают случаи, когда вообще группа приезжает из Бийска, и их невозможно отследить. Сомневаюсь, что у них все в порядке с документами, со страховкой». Высокой квалификацию туристских кадров, которых готовят в Горном Алтае, называет и Сергей Мордовин. Он владеет базой «Талдинские пещеры», которая специализируется на спортивном туризме, в том числе детском.
Однако нельзя сказать, что весь персонал туристских баз формируется из местного населения. Нередки случаи, когда вахтовым методом работают бригады барменов, горничных из Барнаула и Новосибирска. Правда, в основном к их услугам прибегают на тех базах, которыми владеют бизнесмены из этих регионов. Местные кадры для пищеблоков — в основном учащиеся профтехучилищ, где готовят поваров-кондитеров. Для них поработать на турбазе не только возможность заработать, но и возможность отдохнуть на природе. Платят немного. Из разговоров менеджеров баз отдыха понятно, что средний заработок обслуживающего персонала баз колеблется от 3 до 5 тыс. рублей. Доходы непосредственно туристского персонала — сплавщиков и инструкторов, выше.
Многие турбазы занимаются организацией маршрутов: начиная от экскурсий и радиальных путешествий, заканчивая конными и водными маршрутами вглубь Горного Алтая и организацией рыбалки в сопредельной Монголии. В тоже время каждая база имеет свою специализацию: «Черемшанка» рассчитывает на людей, намеренных просто отдохнуть на одном месте на берегу Катуни, «Талдинские пещеры» специализируются на организации спортивных состязания для детей и подростков. При этом каждая база, в общем, готова просто принять любого путешественника.
В Майминском районе в базах негостиничного типа ночлег может обойтись от 150 до 300 рублей. Питание в основном комплексное, его стоимость включается в стоимость путевки и колеблется от 100 до 300 рублей в сутки. Пешие экскурсии — от 150 рублей с человека, сплавы — от 200 рублей с человека за часовой сплав на рафте. У местного населения или на базе можно взять лошадь. В Майминском районе лошадь могут дать на день за 200 рублей.
Стоимость многодневных путевок, предусматривающих конные, водные или пешие походы от 5 до 15 дней, по утверждению самих туроператоров, доступна для среднего класса. Существуют специальные детские путевки. Например, путевка «Каникулы в Манжероке», рассчитанная на пять дней, стоит 2 300 рублей. 10- дневные маршруты «Теректинский конный» обойдется в 9 660 рублей, поход к леднику Актру — 6 415, сплав по Катуни от Большого Яломана до Манжерока — 9 170 рублей.
По словам директора туркомплекса «Манжерок» Сергея Зяблицкого, каждая база стремится работать с турагентами. Надеяться на «залетных туристов», которые едут по Алтаю без конкретной цели, слишком рискованно. Продажа путевок гарантирует заполняемость базы и занятость инструкторов, позволяет планировать загрузку и доходы.
Туризм — самая динамично развивающаяся отрасль экономики Горного Алтая. Если в 1998 году налоговые доходы от нее не превышали 2 млн рублей в год, то в 2004 году поступления превысили 20 млн Понятно, что часть доходов не учитывается и налогом не облагается. Это касается в первую очередь сопутствующей туризму торговли продуктами и сувенирами, предоставления населением лошадей, лодок, снаряжения. Население туристических центров республики — сел Артыбаш, Иогач Турачакского района на берегу Телецкого озера, сел Соузга, Манжерок, Барангол, Усть-Сема по Чуйскому тракту, Элекманар, Аскат, Чемал, Чепош по Чемальскому тракту — во многом живет за счет туристов. В советские годы и в начале 90- х село Барангол, например, было просто нищим, работы в связи с развалом бывших экономических связей в агропромышленной сфере не было. Сейчас в селе располагается два весьма крупных туристских предприятия — комплекс «Царская охота», база «Корона Катуни», установлена базовая станция МТС.
Вдоль главной улицы села (она же — Чуйский тракт) выставные самодельные или даже сделанные в рекламных агентствах щиты: «Банька», «Домик для гостей», «Лошади», «Жилье» и т.п. По словам Евгения Томина, владельцы баз не считают жителей Барангола конкурентами. Эта народная инфраструктура лишь помогает базам: предоставляет лошадей, продукты с огорода. На рынке села Манжерок торговки с готовностью рассказывали о пользе туристов для сельских жителей. В числе аргументов: невозможность выжить на пенсию, польза общения с «умными людьми», необходимость с пользой занять школьников на каникулах. «Туристов надо как можно больше», — убеждена продавщица выращенной на собственном огороде зелени и приготовленного в домашних условиях кваса. Туризм — пожалуй, единственная сфера экономики Горного Алтая, для которой интернетпредставительства играют не только функцию повышения престижа.
По словам руководителя туркомплекса «Манжерок» Сергея Зяблицкого, благодаря сайту его база получает от 15 до 20% своих клиентов. Евгений Томин из «Короны Катуни» приводит те же данные, но отмечает, что пока не удалось наладить систему онлайн-бронирования услуг. «Но это связано не с тем, что мы не уделяем внимание внедрению новых информационных технологий в свой бизнес. Просто есть проблемы: низкие скорости работы сети на Алтае, и опасливое отношение российской общественности к покупкам, совершаемым в Интернете, к действующим на сегодняшний день платежным системам».
По данным Центра развития информационных технологий, сопровождающего рейтинг сайтов «Алтай-top», существует строгая сезонная закономерность интереса к туристским сайтам. Зимой на первые места в рейтинге выходят новостные ресурсы, летом — сайты турбаз и туристических агентств.
С туризмом связано и развитие сотовой связи на Алтае. До 2002 года в республике существовал лишь один оператор беспроводной связи — «Сотел». В силу дороговизны абонентов в «Сотеле» было не более 200. Сейчас, через три года, у МТС и «БиЛайна» количество абонентов превышает 35 тыс. Сергей Зяблицкий, возглавлявший в 2002—2004 году министерство туризма Республики Алтай, напрямую связывает развитие сотовой связи с туризмом. «Можно посмотреть карту зон покрытия, и станет понятно, что это не только зоны покрытия связи, но и зоны покрытия территории туристами», Правда, до сих пор не решен вопрос покрытия Турачакского района, где располагается достаточно популярное у туристов Телецкое озеро.
Но, в общем, развитие туризма в Горном Алтае происходит не в тепличных условиях. Для самих туристов это не так заметно, если ситуация не касается взаимоотношений с жителями некоторых сел. Пару лет назад произошел довольно громкий скандал в селе Купчегень, расположенном сразу за перевалом Чике-Таман по Чуйскому тракту. За перевалом есть удобное место для стоянки и ночлега, на поляне даже специально оборудован туалет для туристов. Но вот сами жители Купчегеня относились и, видимо, относятся до сих пор к гостям не слишком радушно. В течение нескольких лет происходили нападения местных жителей на отдыхающих. В 2002 году аборигены, как говорится, не на тех напали: туристы здорово поколотили агрессоров. После этого происшествия «партия изоляционистов» (в основном — алтайцы, считающие что в регион в силу его особой сакральности необходимо максимально ограничить поток отдыхающих) предприняла серьезную пиар-атаку: в прессе появились статьи, осуждающие «туристов, напавших на беспомощных и безобидных жителей», органам власти предписывалось ввести чуть ли не таможенный пост, на котором приезжающих нужно было особо регистрировать. В целом туристы обвинялись в спаивании алтайского населения, в неуважении традиций алтайского народа, верхом которого является повязывание тряпичных лент на деревья. Алтайцы таким образом обращаются к духам, а туристы, не знающие, для чего это делается, лишь оскверняют священные места — считают теоретики алтайского изоляционизма. Нужно отметить, что иногда эти претензии обоснованы — на том же Чике-Тамане отдыхающим доводилось видеть на деревьях повязанные презервативы или нижнее белье.
Нередко туристы обвиняются в осквернение памятников истории. В природном парке Уч-Энмек (Онгудайский район, долина реки Каракол) особый режим посещения руководство объясняет тем, что необходимо оградить многочисленные памятники истории от антропогенного воздействия, которое по «изоляционистской» традиции связывается в первую очередь с туристами. Охраняется, например, писаница на скалах недалеко от села Бичикту-Боом. Первый раз корреспондент ИА REGNUM посетил это место в августе 2003 года в составе делегации совета организации «Наш общий дом — Алтай». Директор природного парка Данил Мамыев много и долго рассказывал о вреде несанкционированного посещения этих мест. Справедливости ради нужно отметить, что на писанных скалах были нацарапаны надписи типа «Нск рулез», и прочие, в которых вполне прослеживалась иногороднее происхождение их авторов. Охрана территории принесла видимые результаты — вместо иногородних надписи стали делать местные. Присутствующим в последствии удалось увидеть рядом с оленем, нарисованным первобытным пазырыкским художником крупную и отчетливую надпись: «Б.Бом. Урматова Ирина, Чачакова Айана, 25.03.04, 12:00». Один из древних охотников теперь стоит на постаменте из вырезанной надписи «Кырлык2004» (Кырлык — село в Усть-Канском районе). В общем, для того, чтобы гость бережно относился к ценностям, хозяин сам должен проявлять о них заботу.
Есть и системные проблемы туризма, связанные с отношением власти к этой отрасли. Журналист Виталий Бочкарев, который одно время был внештатным консультантом министерства туризма, неоднократно указывал на то, что туризм является пасынком властей. «Большое внимание уделяется дотированию сельского хозяйства, — говорит он. — Однако когда речь заходит о том, что туризм мог бы послужить локомотивом для развития того же агропромышленного комплекса, власти теряют к этому интерес. Складывается ощущение, что к этому виду предпринимательской активности у властей отношение такое — пусть они платят огромные налоги, тогда и поговорим. Действительно, налоговые поступления от туризма в общем объеме налоговых доходов невелики — 1−2%. Но, с другой стороны, республика ничего не вкладывает в эту отрасль. Нельзя забывать и о том, что благодаря развитию туризма увеличивается сбор налогов с предприятий общепита, заправочных станций и т.п. Да и, в конце-концов, не налоги главное. Главное — что люди на селе наконец-то нашли работу и лишают социальных основ дальнейшую люмпенизацию общества».
В Горном Алтае не раз разгорались скандалы, связанные с туризмом. Например, в прошлом году отношения властей и туроператоров ухудшились из-за скандала с новосибирской фирмой братьев Говор. До сих пор не понятна судьба инвестиций в строительство горнолыжного комплекса на горе Синюха около Манжерока. В 2003 году корпорация «Алемар» договорилась с властями региона о подготовке проекта, вложила в него около 600 тыс. долларов, однако в последствие правительство республики решило сделать ставку на фирму, с которой связан сын главы республики Алексей Лапшин.
В нынешнем году большинство туристических баз Майминского и Чемальского районов официально не открыты в связи с претензиями, которые были предъявлены санитарной службой. Главный санитарный врач республики, исполняющий обязанности руководителя территориального управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Республики Алтай (Роспотребнадзор) Леонид Щучинов сообщил, что основными проблемами баз являются нерешенность вопросов с утилизацией мусора и бытовых отходов, несоблюдение санитарных норм при устройстве скважин. Пищеблоки большинства туристических баз не соответствуют санитарным нормам и правилам. Владельцы баз не отрицают того обстоятельства, что у СЭС есть к ним претензии. Они даже согласны с тем, что, с точки зрения закона, многие из требований, предъявляемых санитарными врачами, обоснованы. Однако для того, чтобы выполнить все эти требования необходимо, в одном случае, полностью менять утвержденный ранее генплан, и перестраивать базу, в другом случае — половину территории отводить под санитарную зону для скважины, в третьем — перестраивать пищеблок, строительство которого ранее было согласовано и одобрено всеми инстанциями и пр.
Всего, по словам туроператоров, их деятельность контролирует 26 ведомств. В прошлом году на базы Майминского района приезжали проверяющие в количестве 17 человек. В этом году количество проверяющих было меньше, однако, требования значительно ужесточились. Пожарные, например, требуют устанавливать сигнализацию с выводом ее на центральный пункт. Александр Остапенко, директор турбазы «Черемшанка», говорит, что «у нас маленькие домики, исключительно для летнего проживания. В случае пожара из них можно легко эвакуироваться. Если же мы будем оборудовать пожарную сигнализацию, то это потребует столько финансовых вложений, что мы разоримся».
В этом году на турбазах Майминского района случилось два пожара — в «Манжероке» и «Короне Катуни». По словам их руководителей, наличие пожарной сигнализации никак не сказалось на оперативности пожарных — огонь тушили, в основном, своими силами.
Андрей Запорожский, владелец палаточного кемпинга «Зеленый дракон», попал в сложную ситуацию в связи с санитарными требованиями относительно скважины. Вокруг нее, по требованиям санитарных врачей, в радиусе тридцати метров должна быть санитарная зона, огороженная забором. Скважина на «Зеленом драконе» расположена в углу. «Так что я никак ее не смогу по всей окружности обезопасить, с одной стороны — леса, и на строительство забора придется испрашивать разрешение у лесников, с другой — территория другой базы», — говорит Запорожский. Несмотря на отсутствие забора, ограждающего скважину, в «Золотом драконе» на расстоянии тридцати метров действительно нет других объектов.
Владельцам крупных баз сейчас приходится заниматься пищеблоками. Санитарные врачи требуют наличия нескольких разделочных столов, разделочных досок и прочего кухонного инвентаря. Признавая справедливость ряда требований, туроператоры в то же время недоумевают — почему им предъявляются столь жесткие требования, в то время как ни одного случая отравления на турбазах зафиксировано не было. «Из мухи раздули слона, а самого слона как-то не замечают, — говорит директор базы «Талдинские пещеры» Сергей Мордовин. — Совсем недавно в Чойском районе дизентерией заболело более десяти детей и повар. У нас таких случаев не было. Акорицидная обработка проведена на всех турбазах. Предписаний от Госнаркоконтроля об уничтожении полей дикорастущей конопли в окрестностях баз в Майминском районе не получали — здесь она не растет.
Туроператоры утверждают, что выполнение всех предписаний контролирующих и надзорных органов повлечет разорение местных туроператоров. «Мы посчитали, что для оформления основных разрешительных документов потребуется не менее 300 тысяч рублей, — говорит Сергея Зяблицкий. — И это без рассмотрения земельных проблем». Практически все туроператоры выразили уверенность, что вольно или невольно контролирующие органы вытесняют местных бизнесменов с туристического рынка. «У нас таких денег нет. Они есть, например, у Сафина (Ралиф Сафин — сенатор, построивший в районе села Соузга личную дачу), — говорит Сергей Мордовин. - Если ситуация не изменится, то многие местные бизнесмены будут вынуждены уйти с этого рынка. Останутся представители новосибирских, кемеровских, барнаульских, московских богатых компаний».
Удивляет туроператоров то обстоятельство, что ранее санитарная служба не предъявляла столь жестких требований. Туроператоры связывают нынешнее обострение требований с административной реформой, в связи с которой ряд контролирующих ведомств объединяется в одно — Роспотребнадзор. И.о. руководителя этого ведомства Леонид Щучинов считает, что требования вовсе не завышенные. «Я бы сказал так: раньше на выполнение многих из них представители СЭС закрывали глаза. Сейчас же мы потребовали выполнения всех нормативов. Если туроператоров это успокоило бы, я бы наказал бывшего санитарного врача Майминского района», — добавляет Щучинов.
«Думаю, что в этой ситуации необходимо идти на то, чтобы с представителями всех контрольных служб каждая турбаза заключила некую программу, рассчитанную на пять-восемь лет. Выделить первоочередные меры, второстепенные, оговорить сроки их реализации, — считает Сергей Зяблицкий. — Все эти требования можно учесть, но на то, чтобы выполнить их одновременно не хватит денег. И потом можно было бы отслеживать выполнение предписаний. Например, мне удалось так сделать с пожарными в этом году. Нам ранней весной выдали перечень из 60 позиций, которые нужно реализовать до наступления сезона, и у нас был скрупулезный план их выполнения. Правда, многие пункты предусматривали издание всяческих приказов, утверждение инструкций. Мне понравилась идея издания приказа о создании добровольной пожарной дружины».
Что касается проблем с вывозом отходов, то туроператоры в голос заявляют, что это не их проблема. «Разве мы виноваты, что власти не могут создать и обеспечить работу полигонов для мусора и полей фильтрации? — говорит Сергей Зяблицкий. — У нас заключены договоры на утилизацию мусора с МУП «ЖКХ Майма», кто-то вывозит мусор на свалку Соузгинского мясокомбината, но санитарных врачей эти договоры не устраивают. В то же время вопросов по утилизации мусора населением или торговыми точками у СЭС не возникает. Все-таки налицо — политика двойных стандартов».
15.06.2005 06:45