Телеведущий Владимир Соловьев о приговоре Олегу Щербинскому.

Расшифровку заявления, сделанного в телеэфире известным телеведущим Владимиром Соловьевым о ситуации вокруг Олега Щербинского опубликовал 8 февраля сайт regions.ru.

«Не знаю, как вас, а меня привела в состояние бешенства информация о том, что трогательный российский суд — „самый гуманный суд в мире“ — не пошел на поводу у прокурора, требовавшего пять лет поселения, а поработал над собой и дал всего четыре года, — человеку, вся вина которого была в том, что он не понял места, которое отводится всем российским гражданам, у которых нет мигалок, — заявил в эфире авторской программы „Соловьиные трели“ известный телеведущий Владимир Соловьев, комментируя приговор Олегу Щербинскому.

— Так получилось, что я беседовал с некоторыми людьми, которые были на месте происшествия, один из них — Леонид Аркадьевич Якубович. И он говорил, что был там и видел весь ужас трагедии. Останки „Мерседеса“, в котором ехал губернатор Евдокимов с членами семьи, водителем и охранником, были разбросаны на длиннейшем участке дороги. И что это сильно отличается от того, что нарисовано на сегодняшних схемах аварии. И что на месте падения „Мерседеса“ была целая воронка. Интересно, а как мог человек предвосхитить, увидеть, что машина губернатора вылетает на пригорок, на скорости 160 километров в час (по официальным данным), хотя есть мнение, что скорость под двести была: Ладно. Ясно, что на огромной скорости. И как он мог успеть что-то предпринять, чтобы избежать столкновения? При этом, заметьте, оценки деятельности погибшего водителя губернатора не дано никакой, то есть, он вообще оказался в стороне.

Мотивация такова, что наличие у вас звукового сигнала с мигалкой, обозначает — пошел вон!.. Определенные пункты правил, в определенный момент, для этих машин не действуют. Это все просто какая-то фантастика! Кстати, никто не доказал, что звуковой сигнал работал. Но, это все было неважно, — важно несчастному парню дать четыре года и посмотреть, как мы к этому все отнесемся. То есть, мы все это съедим или мы скажем, что: — Слушайте, граждане, ну нельзя же так с людьми! Ведь, это не просто воплощенное скотство, а это колоссальное пренебрежение, наверное, основным и самым важным, что дает демократия — равенством всех перед законом! То есть, здесь, на мой взгляд, по отношению к Олегу Щербинскому сделана феноменальная по своей политической недальновидности, юридическая ошибка. Меня крайне огорчает, что люди собирают деньги на помощь Олегу, но не для его семьи, а для того, чтобы оплатить адвокатов. Я не могу себе представить, как возможно существование адвокатских бюро, которые еще не побежали туда, чтобы бесплатно помочь Олегу. Я не понимаю, где все правозащитники?! Ах, да, конечно, ведь там нет фамилии Ходорковский, ах, да, конечно, там же никто не платит деньги из неправительственных организаций. Где все правозащитники?

Суд считает, что подсудимый, как заявила председатель суда Галина Щегловская, „проявил небрежность, не оценил обстановку, допустил возникновение ДТП, повлекшее смерть трех человек, в то время, как водитель „Мерседеса“ — Зуев, не располагал техническими возможностями предотвратить столкновение. Суд не принимает во внимание доводы защиты, так как они бездоказательны, и назначает меру наказания — 4-е года в колонии поселения и лишение водительских прав на три года“. Заметьте, очень интересная формулировка, — подсудимый проявил небрежность — не означает, что он обладал техническими возможностями предотвратить столкновение. Чувствуете, что это разные категории?

Это мне напоминает логику ряда арабских стран, где приезжающий всегда виноват в аварии, потому что, если бы он не приехал в эту страну, то и столкнуться с ним было бы невозможно. Так и здесь, действует та же логика, — если ты не предвидел, что губернатору или кому еще с мигалками, требуется там проехать, куда тебе, холопу, вдруг захотелось — ты проявил небрежность. И допустил возникновение аварии, ведь, если бы ты не вышел из дома и не поехал бы по этой дороге, то в тебя бы не воткнулись. Мне крайне обидно, что вся эта история бросает тень, на очень хорошего человека — Михаила Евдокимова. Вот это — неоправданное глумление над памятью Михаила Евдокимова. Я не знаю, какова была бы его реакция, но я не думаю, что правильно делать кому-то на этом бездарный, политический PR и говорить, что вот таким образом за него отомстили. Это просто бездарно!.. Никто не ответил, почему схема аварии, по словам сотрудников ГБДД, составлялась аж четыре раза. И почему траектории все время разнятся. Почему отказались от первоначальной версии, когда был виновен водитель губернатора? Ведь вначале это развивалось так: он превысил скорость, решил, что проскочит, обогнув „Тойоту“ слева.

А затем, все-таки, возбудили уголовное дело в отношении Олега Щербинского. Почему? Почему следствие исходит из логики, что Олег Щербинский должен был предотвратить столкновение — остановившись? Но, никто не говорит о том, что губернаторский „Мерседес“ летел на сумасшедшей скорости. Даже в судейских материалах — это 149 километров в час. Как это может быть?.. Вдумайтесь: „Мерседес“ главы Алтайского края в момент трагедии за секунду проезжал 41,38 метра. Таким образом, времени на реакцию у водителя, у каждого, было меньше секунды. Ведь до этого пригорка, до момента столкновения, было метров 40. Из-за этого самого пригорка водители не видели друг друга до последней секунды. Вспомните, пожалуйста, что при этом в машине Олега Щербинского — сидели жена и дочь. И, конечно, он бы не стал рисковать своей жизнью, если б заметил на дороге автомобиль с мигалкой. Заметьте, также, что шофер губернатора, по идее, должен быть хорошо подготовленным водителем. Скажите, когда вы учились в школе вождения, вам объясняли, что нельзя вылетать на пригорок?! Говорили или нет, что вы не сможете оценить ситуацию, не видя дороги за пригорком? Говорили. Всем. Точнее тем, у кого нет мигалок:

Любопытно, — что об этом гласят правила дорожного движения? Значит, что разрешено и что запрещено автомобилю оборудованному проблесковым маячком — написано в ПДД. В разделе третьем. Там говорится: „Водители транспортных средств, оперативных и специальных служб, с включенным проблесковым маячком синего цвета, выполняя неотложные служебные задания, — могут отступать от требований правил“. То есть, водитель транспортного средства на дороге — вообще, может делать все, что хочет!.. Игнорировать красный цвет, выезжать на встречную полосу, разворачиваться через две сплошные линии, превышать скоростной режим! Единственное требование правил, которые должен соблюдать водитель машины с синим маячком — это выполнять указания регулировщика. Но, там в правилах есть еще одно требование, выполнять его водитель авто с сиреной обязан беспрекословно: воспользоваться приоритетом они могут, только убедившись, что им уступают дорогу. Но этого суд решил не учитывать. А вот теперь я вам задам несколько простых и ясных вопросов, а что такое — ехал на неотложное задание? Какое было неотложное задание? Объясните мне, пожалуйста, мы что с вами говорим о машинах скорой помощи, следователях, гнавшихся за вооруженным преступником, — какое было неотложное задание???

Произошла трагедия. Трагедия Михаила Евдокимова, трагедия его семьи, трагедия других погибших людей. И за чем-то еще обрекают Олега Щербинского. Зачем???

Считаю, что этот вопрос нужно решать системно. Не могут существовать такие правила дорожного движения, которые разрешают одним гражданам убивать других безнаказанно, калечить им жизнь. Получается, что, если ты с проблесковыми маячками, то ты можешь делать все что хочешь с холопами на дороге.

Я считаю принципиально важным — раз и навсегда забрать разработку и принятие правил дорожного движения у министерства внутренних дел, и принимать их и обсуждать в Государственной Думе. ПДД, по большому счету, нарушают наши конституционные права и свободы. То есть, де-факто, нарушают равенство всех граждан перед законом. Кстати, ПДД — не являются законом. На месте Олега Щербинского может оказаться любой человек. Вот просто любой из нас!.. Ну простите, я забыл, — кроме тех, кого возят с мигалками».