В Казахстане заинтересованно обсуждают полемику вокруг строительства прямой стратегической автомагистрали в Китай через территорию российского Алтая.

В прошлом году в китайском городе Урумчи прошла Международная торговая ярмарка, пишет Агентство политических новостей — Казахстан, приводя на своих страницах размышления горно-алтайского журналиста Дмитрия Кобзева.

Выступая накануне ее открытия, заместитель полпреда президента в Сибирском федеральном округе Игорь Простяков, заявил, что на этой ярмарке окончательно решится вопрос о строительстве дороги на Китай через плато Укок. По мнению господина Простякова, «пропускных мощностей в Забайкалье уже не хватает, для удовлетворения потребностей регионов СФО их необходимо увеличивать в три раза. Возить товары окружным путем или через третьи страны — это лишние и немалые расходы». По словам чиновника, будущая дорога максимально не затронет плато Укок и «пройдет вдоль линии границы». «Что касается попыток некоторых лиц выступить против строительства дороги под прикрытием сохранения экологии, — сказал господин Простяков, — то эти возражения несущественны. То, что необходимо обеспечить сохранение экологии на 100% - для меня это абсолютно ясно. В данном случае, когда начинают говорить об экологии, просто прикрывают свою заинтересованность в сведении отношений с Китаем до минимума».

В Казахстане заинтересованно обсуждают полемику вокруг строительства прямой стратегической автомагистрали в Китай через территорию российского Алтая.

На международной ярмарке в Урумчи Республику Алтай представлял министр экономики Михаил Зотов. Он заявил, что считает строительство дороги на Китай нецелесообразным. По мнению министра, в настоящее время настало время проводить в жизнь концепцию «регионального эгоизма», и наличие дороги в этом контексте никак не может быть расценено позитивно.

К тому же, уверен Михаил Зотов, говоря о проекте строительства дороги, инициаторы ее строительства плохо представляют себе природные и климатические условия, в которых придется осуществлять строительство.

В недавнем интервью агентству «Регнум» Михаил Зотов заявил, что тот факт, что Министерство экономического развития и торговли РФ зарегистрировало Программу социально-экономического развития Республики Алтай на 2006−2009 годы с сохранением основных положений, предложенных правительством республики, свидетельствует — федеральная власть не намерена строить дорогу в Китай из Западной Сибири через российско-китайский участок границы, находящийся в Республике Алтай. «В принципе, это известно уже давно, — отметил Зотов. — Однако до сих пор эта тема муссировалась, в том числе некоторыми чиновниками администрации Алтайского края».

Но, в общем, планы тем и хороши, что их можно корректировать, менять, порой до неузнаваемости. Ведь все участники ярмарки в Урумчи как один говорят — Китай заинтересован в строительстве этой дороги. Строительство дороги в тех местах, конечно, возможно, но неминуемо столкнется с трудностями в виде болотистой местности, каменных осыпей, труднопроходимого перевала. И, само собой, строительство дороги, безусловно, нарушит экологический баланс, сложившийся на Укоке на сегодняшний день. Жители республики однажды уже оказались «экологическими» заложниками большой международной политики и продолжают испытывать на себе ее последствия до сих пор. И если уж власти не жалели людей ради демонстрации ядерных и космических мускулов, то разве остановит их судьба каких-то краснокнижных животных, коль впереди вроде бы маячат стратегические выгоды от сотрудничества с Китаем? Но действительно ли тесные отношения с Китаем являются для нас слишком уж стратегическими? То обстоятельство, что по границам плоскогорья Укок проходят государственные границы четырех государств, делает это место весьма значимым с геополитической точки зрения. В свое время один из основоположников геополитики сэр Халфорд Макиндер сказал: тот, кто владеет Хартлендом (Евразией), правит миром. Его сентенцию можно перефразировать, справедливо заметив, — кто владеет Укоком, тот властвует на Алтае. Наше плоскогорье — сердце Алтая, и тот, кто завладеет им, будет в этом регионе самым влиятельным.

Проект строительства дороги через плато выгоден многим. Ведь сейчас оно является своеобразной стеной, фильтром, который не позволяет некоторым державам, претендующим на лидерство не только в Сибири, но и в мире, получить беспрепятственный доступ на наши рынки и наши земли.

Например, дорога может принести серьезные выгоды Казахстану, который получил бы короткий путь до Кош-Агачского района и Кемеровской области, приграничных с Россией районов Монголии и СиньцзянУйгурского автономного района Китая. Не секрет, что на этих территориях проживают влиятельные казахские диаспоры, и нередко именно они руководят на этих территориях местными администрациями. В настоящее время существуют тесные контакты между казахскими диаспорами в Кемеровской области, КошАгачском районе, Монголии. Однако диаспора в Китае как бы выпадает из этого круга. В случае же строительства дороги через Укок этот круг замкнется. Очевидно, что после этого влияние Казахстана в Алтайском горном регионе существенно возрастет.

Что касается Китая, то всему миру очевидно, что эта страна в настоящее время добивается статуса гегемона, установления нового мирового порядка, главенствующую роль в котором будет играть Пекин. Усилия Китая на этом поприще носят планомерный и технократичный характер, от внимания китайских стратегов не ускользают, казалось бы, даже такие незначительные регионы, как Алтай. Осуществляя экспансию в Приморье, власти Китая, видимо, рассчитывают, что лет через 50 русский Дальний Восток станет их зоной влияния. С помощью дороги через плато Укок китайское влияние можно будет распространить и на Сибирь. Мне уже доводилось писать, что авторы коллективной работы «История агрессии царской России против Китая», вышедшей уже при Дэн Сяопине, выдвигают территориальные претензии к России в Западной Сибири на 500 тыс. квадратных километров, в том числе на территории Алтайского края, Республики Алтай, части Новосибирской, Кемеровской и Омской областей. Китайцы полагают, что они лишь временно мирятся с этой «исторической несправедливостью», называя Сибирь «временно утраченной территорией Китая» и «северной неосвоенной целиной». Китай сегодня заинтересован в поставках из России современного оружия и стратегического сырья, что показали, например, прошедшие на днях совместные российско-китайские военные учения. Однако, как считают некоторые ученые, через 10−15 лет ситуация может измениться, и Пекин перейдет к открытой экспансии в отношении российского Дальнего Востока и Сибири. В этих условиях китайская этническая колонизация Западной Сибири при малочисленном российском населении этого огромного региона может в перспективе послужить поводом к официальному инициированию Китаем территориальных претензий к России в Западной Сибири.

В случае же возникновения военного конфликта между Россией и Китаем автодорога через плато Укок будет иметь для КНР огромное военно-стратегическое значение. По оценкам экспертов, в 1999 году военный бюджет Китая официально составил 16 млрд. долларов. Сегодня наш южный сосед имеет хорошо вооруженную, дисциплинированную и обученную крупнейшую в мире армию численностью более четырех миллионов человек. Несмотря на различного рода декларации и договоры о российско-китайском партнерстве, в среде китайских военных стратегов многие продолжают рассматривать Россию, как врага Китая 1.

Не может быть сомнения в том, что, в случае возникновения войны с Китаем, проектируемая автодорога через перевал Канас откроет путь для китайской сухопутной агрессии в Западную Сибирь. По договоренностям Шанхайской пятерки и ряду других ранее заключенных российско-китайских договоров, Россия больше не имеет в Курайской степи боевых соединений, способных остановить возможную агрессию со стороны Китая. «Дорога на Китай» еще более облегчит фронтальное развертывание войск вероятного противника на просторы равнинной Западной Сибири.

Так, кандидат исторических наук Олег Боронин полагает, что в свете возможных претензий со стороны Китая на южные районы Горного Алтая у КНР, в случае существования транспортного коридора в Горный Алтай, появится реальная возможность для аннексии Чуйской и Курайской степей. А вот российским сухопутным войскам для освобождения этих районов придется преодолеть труднодоступные перевалы Семинский и Чике-Таман. Впрочем, китайцам тоже будет нелегко, так как им будет препятствовать пограничный перевал Канас. Однако по современной дороге лучше наступать, чем вовсе без нее. Но все же будем надеяться, что до столь кровавых эпизодов российско-китайские отношения в ближайшее время не дойдут (хотя, подписывая пакт Молотова-Риббентропа, Россия тоже не ожидала, что через два года он будет нарушен). Нельзя забывать, что в современном мире вовсе не обязательно вести войны для того, чтобы захватить те или иные территории. Достаточно применить экономические методы. Не секрет, что китайцы остаются китайцами, то есть агентами влияния Поднебесной, даже если родились в среде эмигрантов. Их трудолюбие и обилие трудовых ресурсов способно, в конце концов, поставить в зависимость весьма развитые в экономическом смысле страны.

Больше всего настораживает целеустремленность и планомерность деятельности по распространению китайского влияния в мире. Соединенные Штаты Америки, которым рано или поздно придется поднять все более настойчиво бросаемую Пекином перчатку, еще в середине 90-х годов с некоторой озабоченностью стали отмечать, что на рынке потребительских товаров царит продукция made in China. Россия сейчас вовлечена в игру китайских дипломатов. В глубине души затаив обиду на США за проигрыш в холодной войне, за утерянные признаки мировой державы и «второго полюса», мы сочли, что дружба с Китаем позволит сделать чувствительный укол нашему оппоненту. И Пекин подыгрывает российским политикам в этом желании. Но нужно понимать, что это не наша игра. Китай, даже в цивилизационном смысле — скорее источник грядущих опасностей для России, а не партнер. Глубокое убеждение автора состоит в том, что США и Западная Европа, несмотря на все обиды, которые мы нанесли друг другу, — ближе нам по духу и даже крови, если хотите, чем Китай. Все наши недоразумения с исторической точки зрения — лишь свара в семье: «милые бранятся, только тешатся». Нужно знать и соблюдать ту грань фривольных заигрываний, за которой развод в семье становится неминуемым. Поход же России в поисках «хорошего левачка» затягивается и грозит разрушением, а не укреплением семьи. Наибольшую тревогу у жителей республики, как показывают проведенные редакцией горно-алтайского еженедельника «Листок» опросы, на самом деле вызывают не вопросы обороноспособности страны и не проблема сохранения редких видов животных на плато Укок. Людей беспокоит, в первую очередь, опасность китайской экспансии, благо, опыт Дальнего Востока хорошо известен. Ужесточением миграционного законодательства проблему вряд ли возможно решить.

Опасения вызывает и то обстоятельство, что СУАР — не самая спокойная в смысле межнациональных отношений провинция Китая. Существует движение уйгурских сепаратистов, вооруженное исламом, который в последнее время имеет свойство становиться все более радикальным. Для возникновения радикального исламского течения есть предпосылки и в Горном Алтае, в основном за счет маргинальных околорелигиозных культов, активно заигрывающих в настоящее время с исламскими государствами и территориями.

Так что в случае строительства китайской дороги вокруг русской части Алтая возрастет геополитическая напряженность — и казахи, и китайцы, и уйгуры начнут преследовать здесь собственные интересы. Так что, может статься, для России стратегически важно оставить Укок «на замке», оставаться хранителем этого алтайского Хартленда. Даже в ущерб развитию экономики за счет китайских товаров. Не все же, в конце концов, измеряется в нашем мире звонкими монетами. Умение стратега как раз и заключается в том, чтобы отказаться от сиюминутных выгод ради дальнейших побед.