«Мертвая петля» Евгения Сулоева: «Алтайская правда» провела собственное расследование гибели 22-летнего барнаульского солдата в Кабардино-Балкарии.

Родные 22-летнего солдата хотят знать правду о причинах его смерти.

Евгения хоронили в Барнауле 20 сентября. За два месяца до дембеля его нашли в петле на стройке военной части 64201 в городе Прохладный Кабардино-Балкарии. То, что увидели родственники, вскрыв цинковый гроб, вызвало у них ужас.

«Мертвая петля» Евгения Сулоева: «Алтайская правда» провела собственное расследование гибели 22-летнего барнаульского солдата в Кабардино-Балкарии.

фото Евгения Налимова

Бросили без документов

Гроб с Женей привезли в два часа ночи 20 сентября. Мама, жена, теща ждали его с вечера на улице. Мать Евгения — пенсионерка, имеет инвалидность, со слезами рассказывает: «Привезли, занесли в ограду и бросили… Я как гроб увидела, всю сразу заколотило. Пока меня наши мужики в дом занесли, начали откачивать, провожатые — двое мужчин в военной форме — просто исчезли. Мы выбегаем на улицу, а их машины уже нет… Ничего нам не оставили: ни документов, ни вещей Женькиных».

Ирина — вдова Евгения — говорит: «Женя очень любил дочь, очень любил жизнь… Он не мог так поступить с нами. Я сказала: „Вскрывайте гроб!“ Когда я его увидела, мне не захотелось больше жить… У Жени все лицо было разбито, будто его пытали».

Мама солдата в ужасе позвонила в милицию: «У меня сыночка убили, помогите»…

Хороните, как хотите…

20 сентября. В небогатом частном доме, где жил парень с женой Ириной и пятилетней дочерью Дашей, не смолкает плач. Маленькая спальня, где он любил играть с дочкой, заставлена стульями, посудой для поминок, здесь же среди венков лежат детские игрушки.

Не нужно быть судебным экспертом, чтобы увидеть синяки на лбу, красные потеки на шее, ссадины на голове Евгения. На руках — следы от веревок. Все, кто пришел проститься с парнем — друзья, соседи, родственники, — не могли спокойно на это смотреть.

«Я приподняла его голову, — рассказывает Ирина, — а затылок пробит». Организацией похорон занималась семья погибшего. Военкомат Ленинского района Барнаула, откуда призывался Женя, помог выкопать могилу и обещал поставить памятник. Никакой денежной помощи вдове и матери погибшего не было. Даже цветов к могиле солдата никто из военных не принес.

До сих пор родные не получили полных результатов медицинской экспертизы. Единственный документ, который им пришел из Прохладненского отделения министерства здравоохранения Кабардино-Балкарии, — это непонятная справка в один лист, где значится: «Причина смерти — механическая асфиксия вследствие сдавливания органов шеи петлей, повешения».

Мог ли молодой здоровый парень в последние месяцы службы кончить жизнь самоубийством прямо в день рождения своей любимой жены и за месяц до именин пятилетней дочери? Нет — единодушно говорят родственики, друзья, соседи Евгения.

Он обещал дочку носить в садик на руках

Последний раз домой Женя звонил 12 сентября, говорил с Ириной и дочуркой. Проболтали они почти час. «Я теперь только этот разговор и вспоминаю. Голос у Женьки был веселый, как всегда. Они с дочкой все играли в такую игру. Она ему говорит: „Папочка, я тебя сильно люблю“. А он: „А я тебя больше!“ Даша: „Нет уж, я тебя сильнее“, — и так минут пятнадцать дурачились. Мне он тоже сказал, что любит. Так сказал, что я знала — не обманывает… Сказал еще, что, как приедет, каждый день будет дочку на руках в садик носить. Я над ним еще подшутила: „Ну-ну, она уже вон какая выросла, тебе по пояс — не унесешь“. А он: „Да я вас обоих буду носить“. А еще напоследок сказал, что, как вернется домой, будет мне каждый день по утрам цветы в постель приносить. Цветов теперь много дома, все для него», — говорит Ирина.

О том, что Жени больше нет, близкие узнали странным образом. Никакой официальной телеграммы о смерти они не получили.

Звонки

15 сентября начались странные звонки на сотовый Ирине Сулоевой. Она вспоминает: «15 сентября у меня день рождения, я с самого утра ждала звонка от Жени. Но он не звонил. Я так расстроилась из-за этого, плакала почти целый день. Вечером мне позвонил мужчина, сказал, что от Жени, из его части, якобы поздравляют меня с днем рождения, а еще с тем, что скоро именины у дочки. Сказал: „Только не ждите Евгения к октябрю“. Я так удивилась, говорю: „Так я его к октябрю и не жду, он в ноябре должен прийти“. Я еще его попросила передать Жене, что мы с дочкой его очень ждем и любим.

Второй звонок был 16 сентября, мужчина спросил: „Вам муж вчера звонил?“ Я сказала: „Нет, а что случилось?“ Тут мне и сказали, что он повесился. Больше я ничего не помню…».

Большая любовь

Женя был веселым, открытым парнем, любил играть на гитаре, сочинял песни. После школы поступил в училище, работал продавцом-консультантом в магазине. В Ирину он влюбился в 15 лет и понял, что это на всю жизнь. В 17 сделал Ирине предложение, и они поженились. Вскоре у них появилась дочка Дашенька. Женя называл ее ангелочком. После армии Женя с Ирой хотели взять ипотеку на квартиру, нарожать Даше братьев и сестренок…

Теща солдата Людмила Дроздова вспоминает: «Женя был мне как родной сынок. Он такой добрый был мальчишка, веселый. Когда в армию уходил, мне наказал: «Мама, вы там Иришку сильно не пилите, пусть с друзьями ходит, в кино, куда захочет». А Ира — девчонка верная. Она мужа ждала. Я иногда зайду в их комнату, а она лежит на кровати, вся его письмами обложится, фотографиями и плачет. Я ее все успокаивала: «Скоро вернется, все будет хорошо».

Как теперь жить, 24-летняя Ирина не знает. Как только отец ушел в армию, Даша решила отращивать волосы. Самая большая мечта у нее была — показать папе свою длинную косу…

Что сказал военкомат

Мы стали свидетелями беседы родителей с заместителем военного комиссара Ленинского района Барнаула Игорем Крючковым в день похорон Евгения.

— Где подробные результаты экспертизы?

— Я думаю, прикреплены к уголовному делу.

— Почему нам клялись, что на теле нет ни синяков, ни ран, а Женя весь избитый?

— Я сам разговаривал несколько раз с командиром части и спрашивал про это.

— Он весь в синяках!

— Я видел… Это все полностью на совести тех людей, у которых служил ваш сын. Мы вам готовы помочь во всем.

— Я — мать, мне сообщили о смерти сына только на третий день, почему?

— В приказе министра обороны написано четко: сообщить родственникам дату смерти, причину смерти и обстоятельство…

— Почему вообще ваш комиссариат отправил нашего сына в армию? У него жена, трехлетняя дочка и мать-инвалид!

— Это, конечно, неправильно. Я смотрел по делу: призывал офицер, который уже у нас в военкомате не служит, его отстранили от должности…

Точку в этой истории ставить рано, потому что вопросы, которые задают родные, пока остаются без ответа. А он должен быть — четкий, как министерский приказ.