Спикер КСНД Александр Назарчук о приходе в крайсовет представителей крупного бизнеса: «Пришли люди, которые работают в структурах, оказывающих влияние на весь край. Но как они будут использовать свое положение?»

Спикер КСНД Алтайского края Александр Назарчук рассуждает о том, как представители бизнеса влияют на работу крайсовета, сообщает сайт ИД «Алтапресс».

«Мы поддерживаем бизнес. Но у меня есть претензии»

— Александр Григорьевич, сегодня в АКСНД довольно много представителей крупного бизнеса. На последних довыборах в марте этого года также победили известные предприниматели. Не становится ли их представительство в депутатском корпусе слишком большим? Как это влияет на работу крайсовета?

— Я как председатель обязан работать с любым депутатом: предприниматель он или работник социальной сферы — все они избраны народом. 19 марта краевой Совет пополнился за счет городских округов Барнаула. Позиция вновь пришедших депутатов, я думаю, во многом определилась средствами массовой информации. СМИ постоянно писали, что в крайсовете почти отсутствуют депутаты от города, не учитываются интересы барнаульцев. Народ все это прочитал и пришел на выборы.

Закон предусматривает явку — всего 25%. Ни на одном барнаульском округе не проголосовало больше 30% избирателей. К сожалению, выборы состоялись под влиянием кандидатов на незначительную часть населения. И влияние это оказалось очень большим. Если бы на выборы пришли 50−60% избирателей, то ситуация была бы иной. В итоге тот, кто активно работал, кто имел возможность пропагандироваться в СМИ, и был избран. А имели ее представители крупного бизнеса.

Изменилась ли с их приходом ситуация в краевом Совете? Я считаю, что все эти вопросы возникли, потому что в крайсовет в результате довыборов пришли известные предприниматели. А разве Катаманов, Белоусов, Рыжак, Шамков, которые раньше стали депутатами, — не предприниматели? Их избрание таких разговоров не вызывало. Хотя, конечно, приход новых людей где-то изменил ситуацию. Они ведь стали крупными предпринимателями благодаря своим мозгам, своему умению понимать процессы. И естественно, они оказывают серьезное влияние на структуру нормативных актов и на уровень их рассмотрения. Они серьезно работали по закону об игорном бизнесе, потому что имеют интересы в этой сфере, по закону о реализации алкоголя и, конечно, по вопросу выделения средств Барнаулу. Так что никакой трагедии из прихода предпринимателей в крайсовет я не делаю. Пришли люди, которые работают в структурах, оказывающих влияние на весь край. Другой вопрос, как они будут использовать свое положение: защищая свои интересы или интересы избирателей. Моя задача — не допустить в крайсовете превалирования корпоративных интересов. Учитывая тот факт, что сейчас будут приниматься законы, связанные с налогами, бюджет и пр.

— Александр Карлин высказал свою позицию по поводу административного давления на предпринимателей в городах и районах края. Он заявил, что нельзя их преследовать только потому, что они выступают с критикой в адрес местных властей. Какова позиция алтайских законодателей по этому поводу? Возможно, депутаты на местах могли бы выступить защитниками бизнеса в районах?

— Я был на последнем съезде предпринимателей, где звучало много критики. Меня возмутило выступление руководителя предпринимательского сообщества Хабарского района (Александра Вельбоя. — Прим.). Он сказал: «Мне выгодно торговать жидкостью „Антилед“, и я буду торговать». Его обиды на главу районной администрации приводят к вещам, опасным для общества! В крайсовет приходят письма и обращения от предпринимательских структур. Мы их серьезно рассматриваем. Много обращений по закону об игорном бизнесе. Прокурор опротестовал наши нормы, касающиеся главным образом размещения игорных заведений. Мы протест отклонили. Позиция КСНД такова: мы будем ждать решений судебной власти, до вердикта Верховного Суда РФ ни одну норму из закона не уберем. И будем требовать его выполнения.

Много обращений поступило по закону об обороте алкогольной продукции. Больше всего предпринимателей волнуют вопросы, связанные с размером уставного капитала и со стоимостью лицензии. Мы после их обращений внесли изменения в наш закон в части продления лицензий. Посмотрим, как он будет реализовываться. Нами в апреле прошлого года был принят краевой закон «О государственной поддержке развития малого бизнеса в Алтайском крае». Он действует. Мы приняли законы «О промышленной политике», «Об инновационной деятельности». В комитете по экономической политике на уровне заместителя председателя создана комиссия по предпринимательству. Так что бизнес мы поддерживаем.

Но у меня есть и претензии. Когда мне говорят, что в Алтайском крае заработная плата ниже, чем в Томской или Кемеровской областях, то я могу это объяснить тем, что у нас структура продукции другая. У нас нет угля или нефти. Но я не понимаю, почему у нас ниже заработки в гостиничном или ресторанном бизнесах. Что, у нас в ресторане денег меньше берут или гостиницы дешевле? В сфере торговли в крае зарплата в полтора раза ниже, чем в соседних регионах. Надо просто показывать деньги, которые платишь людям.

В целом же могу сказать, что категорически не приемлю давления со стороны власти на предпринимателей. Надо к ним относиться нормально. Если покритиковали, то проанализировать, за что, и исправить. Это будет лучше, чем убирать предпринимателя из совета при главе администрации города.

«На реальный сектор нет «бюджетной возможности»

— Не могли бы вы дать свою оценку системе государственной поддержки предпринимательства в Алтайском крае?

— Главная поддержка предпринимателей — это компенсация двух третей процентной банковской ставки по получаемым кредитам всеми формами хозяйств. Правда, не все это понимают. На последнем совещании с главами выяснилось, что 19 районам и городам эти деньги не нужны. Сейчас собираются эти деньги перераспределить. Кроме того, существует система лизинга. Мы распространили ее не только на сельское хозяйство, но и на промышленность, на жилищнокоммунальную сферу. В этом направлении идет серьезная бюджетная поддержка. Средства на развитие предпринимательства закладываются и напрямую.

Есть конкретный пример государственной поддержки. В Романове предприниматель Миллер купил за 15 млн. рублей джондировский комплекс (John Deer, американская фирма, производящая сельхозтехнику, отличающуюся более высоким качеством производства, чем отечественные аналоги. — Прим. ред.). Государство будет серьезно участвовать в погашении взятого им кредита. Что касается реального сектора экономики, то надо прямо говорить, что большой бюджетной возможности поддержать его у нас нет.

— Взаимодействует ли с депутатским корпусом Общественный совет по поддержке предпринимательства при главе администрации края? Поступали ли от него какие-то законодательные предложения?

— Отдельного закона предприниматели не вносили. Но они очень активны при рассмотрении и обсуждении проектов, вносимых другими структурами: администрацией, депутатами. Они формировали уже упоминавшийся закон о поддержке предпринимателей.

— Не собираются ли депутаты вносить какие-либо изменения в этот закон? Есть мнение, что в некоторых статьях он противоречит федеральному законодательству.

— В чем, например?

— В частности, он предусматривает некоторые льготы арендаторам помещений в случае, если площади выставляются на продажу, а федеральное законодательство утверждает полное равенство участников.

— Мы не можем принять нормативный акт, противоречащий федеральному законодательству. Теперь о вашем примере. Федеральный закон говорит, что приватизация должна идти через аукционы. Мы недавно столкнулись с проблемой. Выставили совхоз «Цветы Алтая» на аукцион. Не подумали. Ведь что такое — аукцион? Кто больше даст, тот и выиграл. Совсем другое дело — конкурс. В конкурсных условиях можно написать, кому будет отдаваться приоритет при выборе покупателя. Я сейчас веду переговоры с администрацией края, чтобы перевести продажу «Цветов Алтая» на конкурс. Ведь на аукционе его купят не для производства, а ради земли. А что это такое? Уже есть пример. Напротив одной крупной стройки располагались питомники института садоводства. Бездарное руководство этого института сначала заключило договор на участие в строительстве, потом отказалось от этих земель. И теперь их продают за миллионы рублей. Вот и на территории «Цветов Алтая» могут вместо саженцев появиться коттеджи.

«Политика не должна быть веселой»

— Во время губернаторства Михаила Евдокимова исполнительная и законодательная власти края находились в состоянии перманентного противостояния. Сегодня ситуация стабилизировалась. Люди успокоились. Не стала ли, на ваш взгляд, политическая жизнь в крае более пресной?

— Политическая составляющая не должна быть веселой. Она должна быть полезной гражданам.

— Речь идет о том, что политическая активность людей провоцирует и власть на какие-то действия, а успокоенность жителей зачастую приводит и к успокоенности руководства края.

— Сегодня говорить об абсолютной идиллии нельзя. Губернатор не раз заявлял, что в крайсовете не без труда проходят законы, вносимые администрацией. Последний пример касается поправок в закон по управлению собственностью края. Ведь что внесли на рассмотрение? Вычеркнули из закона все, что предполагает Устав АКСНД, то есть все наши функции. Мы сделали протокольную запись — привести закон в соответствие с Уставом, в котором написано, что краевой Совет является собственником краевого имущества и казны. И привели, вернув нам наши полномочия.

Специальный вопрос

— Александр Григорьевич, сейчас в политических и деловых кругах идет обсуждение темы объединения трех партий — Российской партии жизни, «Родины» и Партии пенсионеров. У нас в крае в их ряды стали вливаться влиятельные люди, обладающие значительными финансовыми и политическими ресурсами. Как вы оцениваете этот процесс?

— До сих пор никто не знает, на каких принципах эти партии будут объединяться. Я общался с Валентином Александровичем Купцовым (вице-спикером Госдумы. — Прим. ред.). Он встречался с руководителем «Родины» Александром Бабаковым, очень крупным российским предпринимателем. И тот тоже не смог ответить на этот вопрос. Ведь это же надо сначала прекратить членство в своей партии, а затем написать заявление о приеме в другую, вновь образованную. Захотят ли рядовые члены той же, к примеру, партии пенсионеров вступать в Российскую партию жизни? И кто сказал, что это будет левоцентристская партия? Так что здесь еще очень много вопросов.