Депутат из «Патриотов России» разоблачает систему «откатов» в фонде обязательного медстрахования Алтайского края.

Не оскандалится ли Алтайский ТФОМС подобно Федеральному ФОМСу? - статью, посвященную этому вопросу, опубликовала 29 ноября газета «Два слова».

Как известно, с 14 по 18 ноября были арестованы семеро чиновников, входящих в руководство Федерального фонда обязательного медицинского страхования (ФФОМС). Они подозреваются в получении взяток и злоупотреблении должностными полномочиями. Следователи, ведущие дело, также подозревают, что чиновники региональных фондов и фармокомпаний давали чиновникам Федерального ФОМСа откаты.

Проблема не нова. Тема закупа ТФОМСом Алтайского края необоснованно дорогого медицинского оборудования и бестолкового распределения его по больницам края несколько раз поднималась на страницах краевых СМИ в 2004 году. За последние четыре года в край было закуплено через Алтайский ТФОМС более чем на $ 15 млн медоборудования. Это, в частности, 15 рентгеновских аппаратов и компьютерный томограф производства фирмы General Electric Medical Systems, 20 стоматологических установок производства фирмы Sirona, большое количество аппаратов ультразвуковой диагностики. При этом ТФОМСом ни разу не объявлялся конкурс на закупку медицинского оборудования, что является нарушением ФЗ N 97, который требует проведения тендеров на поставки товаров стоимостью свыше 200 тысяч рублей для госучреждений. Хотя правильнее в этой ситуации говорить, что ТФОМС по уставу вовсе не имеет права вести торгово-закупочную деятельность. Главная задача фонда — собрать деньги с работодателей и рассчитаться с лечебным учреждением за каждого пролеченного больного.

Все эти годы закупки медтехники в Алтайский край производились только у одного поставщика — московской фирмы-посредника ООО «Рипл». Медтехника приобреталась по ценам в два и более раз превышающим цены, сложившиеся на подобное оборудование на российском рынке. К примеру, рентгенаппараты типа Legend-210 закупались по цене около 500 тысяч долларов за штуку. В то время как стоимость подобного аппарата, выпускаемого на Санкт-Петербургском предприятии, не превышает 150 тысяч долларов. Более того, как сообщил Александр Абалин, специалист московского представительства фирмы General Electric Medical Systems, по прайсу стоимость рентгенаппарата Legend-210 составляла в 2004 году 250 — 300 тысяч долларов, в настоящее время представительство поставляет рентгенаппараты другой марки — РДК Prestige, их стоимость от 400 тысяч долларов. Больницы Алтайского края получали и Prestige. В 2004 году в Алтайский край были отправлены семь рентгенаппаратов РДК Prestige, каждый по 15 млн рублей (что приблизительно равно $ 500 тысяч). Между тем импортный медтовар оказался ненадежным. По словам исполняющего обязанности заведующего отделением рентгенологии краевой детской больницы Игоря Сокола, аппарат Legend-210 в их отделении уже долгое время не работает. «Когда эта техника завозилась к нам, про нее говорили, что это аппаратура XXI века. На поверку оказалось, что ее даже не во все страны третьего мира направляли, потому что аппаратура заведомо устаревшая», — комментирует Игорь Сокол.

Так на какую цель работал ТФОМС? И ставил ли перед собой задачу максимально решать проблемы здравоохранения края?

Еженедельник подчеркивает, что о существующей проблеме знали все губернаторы по-следних лет, начиная с Александра Сурикова. Знал о ней и председатель КСНД Александр Назарчук, поскольку к нему с депутатским запросом обращался Виктор Прокопец. Депутат, входящий в группу партии «Патриоты России» предупреждал «о возможном нарушении руководством ТФОМСа (на тот момент председатель правления Яков Шойхет, исполнительный директор — Ирина Долгова) положений Федерального закона N 97-ФЗ от 06.05.99 г. «О конкурсах на размещение заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд при осуществлении закупок дорогостоящего медицинского оборудования». На рассмотрение заседания КСНД этот вопрос не был вынесен. Попытка прекратить непонятную деятельность руководства Алтайского ТФОМСа была сделана в конце 2004 года. Инициировал этот процесс председатель Алтайкрайздрава Александр Рослов (в администрации Евдокимова). На недолгое время Ирина Долгова оставила свой пост. Тогда в защиту Долговой и, следовательно, системы закупок медицинского оборудования выступили многие депутаты КСНД.

В распоряжении газеты, по ее заявлению, также имеется копия письма, направленного по данному факту в Генпрокуратуру группой инициативных лиц. Как сообщила Нелли Чайкина, сотрудник группы общественных связей Управления ФСБ по Алтайскому краю, по поручению Генпрокуратуры Управлением ФСБ по Алтайскому краю в ТФОМСе в настоящее время проводятся проверки. В пресс-службе Генпрокуратуры ответили, что пока не могут дать информацию о том, в каких регионах идут проверки, и, соответственно, о результатах говорить рано. По этой причине газета получила отказ и на встречу со следователем, курирующим расследование в Алтайском крае. О результатах проверок можно будет узнать по их завершении.

— Представители властной элиты заинтересованы в махинациях ТФОМСа, — заявляет в этой связи депутат КСНД Виктор Прокопец. - Моя задача была — обозначить проблему. Я располагал информацией, что ТФОМС Алтайского края ведет работу с возможным нарушением закона (ТФОМС не устраивал конкурсы на закупку товаров и услуг, в установленные законом сроки не обновлялся состав правления фонда, сам ТФОМС вышел из-под контроля депутатского корпуса и пр.). Об этом свидетельствовали многочисленные сигналы наших избирателей. Именно для того, чтобы пресечь возможное расхищение миллионов долларов народных средств, уходящих в виде взяток тем или иным должностным лицам, был написан запрос. Несмотря на то, что ряд депутатов — Данилова, Гамеев, Жаворонков, Вольфсон — поддержали постановку вопроса, руководство крайсовета на дало хода моим запросам.

Документы оказались в руках у Евдокимова, человека незаинтересованного, не связанного с местной элитой. Через некоторое время Долгова была снята с должности исполняющего директора, ТФОМС поставили на контроль. Факт снятия с должности лидера ТФОМСа сплотил нашу элиту, которая, независимо от партийного членства, фактически объединилась для борьбы с бывшим губернатором. Фактически травля Евдокимова началась с момента снятия Долговой. Было организовано обращение к губернатору Михаилу Евдокимову, в котором депутаты требовали объяснений по поводу кадровой политики, проводимой администрацией края. Но дело тут совсем не в Долговой. Она, судя по всему, неплохой, ответственный исполнитель. Все проблемы решает уровень повыше. Фамилии этих людей вообще не звучат. На Алтае многие представители властной элиты, сформировавшейся в последние 10 лет со времен поражения Коршунова, в той или иной степени имеют отношение к деятельности структур ТФОМСа в Алтайском крае. Это руководящие чиновники законодательных, исполнительных, силовых структур. То, что на махинациях ТФОМСа зарабатывают достойные деньги для нашего дотационного региона, — никто не сомневается.

Как Федеральный фонд делится с нашим регионом — продвигает по службе нужных людей или выделяет государственные квартиры — неясно. Ставка тоже общеизвестна. В начале 2000-х годов откат составлял до 50%. Я думаю, такая система сложилась в значительной части субъектов Российской Федерации. Как мне указывали мои коллеги из депутатского корпуса, в том числе и Ирина Валентиновна Солнцева, если начинать какой-то шум, начинать самих себя поливать грязью, в итоге все остальные регионы будут все это получать от ФФОМСа, а мы не будем. В итоге население Алтайского края не получит ни необходимых лекарств, ни медоборудования. «Тогда давайте вообще устроим государственный переворот и поменяем общественный строй», — говорили мне. И система продолжала существовать.

— Виктор Дмитриевич, могут ли случиться аресты, подобные московским, на Алтае?

— Если кто-то даст показания в Москве — а такое вполне вероятно, — то аресты могут произойти и на Алтае. Когда упомянут те или иные операции с участием Алтайского ТФОМСа, то проверки распространятся и на наш регион. Если же брать составляющую юридическую, бухгалтерскую и прочую — то здесь, думаю, все идеально.

Вопросы заинтересованным лицам

Ирина Солнцева, депутат КСНД, председатель правления ТФОМС Алтайского края.

— Как может отразиться арест верхушки Федерального фонда обязательного медицинского страхования на деятельности Алтайского ТФОМСа?

— К сожалению, теперь, когда началась эта кампания, затронуты могут быть все. В нашем ТФОМСе нет никаких нарушений, это однозначно. Вся документация в порядке, всегда был четкий расчет по лекарственному обеспечению, вовремя велась закупка медикаментов, выплата заработной платы врачам. Фонд всегда получал большие дотации от Москвы, поскольку регион в целом дотационный. Видимо, поэтому фонд привлек к себе внимание проверяющих структур.

— Газета располагает сведениями, что Алтайский ТФОМС закупал дорогостоящую медтехнику по завышенной цене. При этом поставки осуществлялись не на конкурсной основе. Подтверждаете ли вы эту информацию?

— Комментировать что-то здесь очень сложно. Закупки оборудования велись не нашим фондом. Существовала федеральная программа «Дети России» — по ней шла закупка оборудования. Тогда тендеры еще не проводились, до 2000 года. Не в моей компетенции говорить, завышены были цены на оборудование или нет. Потом стали проводиться тендеры.

— С какого именно момента и какие фирмы или компании в них участвовали?

— Это надо вам обратиться в управление по здравоохранению, у них есть такие данные. Я просто входила в состав тендерной комиссии по закупке компьютеров и лекарственному обеспечению. Даже названий фирмто не помню. Хотя как тендеры? По Федеральному закону 94 тендеры проводятся только управлением экономики и инвестиций. Наш фонд при закупке оборудования не работал ни с одной фирмой, ни с одной компанией. На ту же рентгеновскую технику заявку делал комитет по здравоохранению. Наш ТФОМС собирал заявки и выспрашивал медтехнику у Федерального фонда. Вся техника поставлялась в край сверху, ФФОМСом. Согласитесь, когда что-то дают сверху, неуместно спрашивать, откуда они ее взяли.

— Если вы упомянули, что не работали с фирмами и компаниями, то есть тендер на поставку медоборудования не проводился, значит, это противоречило Федеральному закону N 97 «О конкурсах на размещение заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд»?

— Давайте не будем обсуждать «проводилось — не проводилось». Я же могу здесь и ошибаться. Позвоните в управление по здравоохранению.

— То есть тендерами они занимались?

— Конечно. Потому что я могу и не вспомнить, и это не в моей компетенции.

— Проверки как-то затрагивают нынешнего исполнительного директора ТФОМСа Долгову?

— Ну, как затрагивают? Проверки идут своим чередом. Человека во время всех евдокимовских дел грязью поливали. У нее ничего не нашли: ни каких-то там денег, никаких счетов. Все закрыто. Но сейчас проверки идут по всей России. Давайте мы хотя бы по-человечески подойдем к этому, не будем трясти эту тему в газетах.

Яков Шойхет, бывший заместитель губернатора Алтайского края, председатель правления Алтайского ТФОМСа с 1996 по 2004 годы.

— Отразится ли разразившийся скандал с руководством Федерального ФОМСа на нашем регионе? Что вам известно о том, что Алтайский ТФОМС якобы закупал дорогостоящую медтехнику по завышенным ценам и без тендеров?

— Я этой темой в последнее время не интересуюсь. Чтобы однозначно сказать, что аппараты приобретались по завышенным ценам, нужно точно знать сертификацию этих аппаратов. В зависимости от их функций и технических показателей цена варьируется, разница достигает нескольких сотен тысяч долларов. Поэтому, сколько помню, всегда к нам были подобные претензии. Конечно, можно взять аппарат дешевле, но его обслуживание, как правило, обходится гораздо дороже. Что касается тендеров, то они всегда проводились, и информации о том, что медицинское оборудование закупалось без конкурса, у меня нет.

Ирина Долгова, исполнительный директор Алтайского ТФОМСа.

— Как отразится скандал в Федеральном фонде на уровне Алтайского края?

— Никак не отразится. ТФОМС Алтайского края работает в своем обычном режиме. Проверки фонда по различным направлениям деятельности — это обычная практика и обязательная составляющая в работе. Поскольку фонд является финансовой структурой, а мы финансируем расходы на ДЛО, на дополнительную заработную плату участковым врачам и проведение диспансеризации бюджетников по нацпроекту, оказание медицинской помощи в рамках ОМС, то к нашей деятельности со стороны различных проверяющих организаций всегда было самое пристальное внимание. Кроме того, прохождение ежегодной аудиторской проверки записано в положении о деятельности фонда как обязательная процедура, а месяц назад закончилась плановая проверка Росфиннадзора.

Получить комментарий краевого управления по здравоохранению газете не удалось.