Воротилы игорного бизнеса добились в администрации президента решения перенести игорную зону с Алтая в Подмосковье?

Информацию о якобы прошедших в Кремле переговорах по этому вопросу сообщает 5 июня газета «Коммерсант». Околокремлевский источник газеты утверждает, что 2 июня «отдельные люди» от игровой индустрии «ходили наверх говорить насчет игровых зон» (по отраслевому закону с 1 июля 2009 года все игорные заведения России смогут функционировать только в четырех зонах — Калининградской области, Алтайском и Приморском краях, на границе Ростовской области и Краснодарского края). По его словам, переговоры проводились на уровне главы администрации президента Сергея Собянина. Правда, в пресс-службе администрации о такой встрече ничего не знают, хотя и отрицать ее не могут.

Высокопоставленный кремлевский чиновник заявил, что «совещания по законопроектной деятельности» господин Собянин обычно проводит по понедельникам, но, дескать, мало ли какая была нужда. Представители крупнейших игорных холдингов не захотели признаваться, что являются теми самыми «отдельными людьми». В то же время большинство отмечает, что такое совещание «вполне могло быть», потому что неофициальные переговоры игровых баронов с Кремлем начались еще весной.

В апреле бизнесмены якобы требовали оставить казино и игровые залы в Москве, Санкт-Петербурге и Сочи, хотя бы по десять заведений. В субботу идея дополнительных зон была категорически отвергнута, но нашелся компромисс: возможно, Алтай заменят на подмосковное Раменское, а вместо Калининграда разрешат перевезти игровые столы в Псковскую область, все-таки ближе к Москве. Добиваясь поблажек, владельцы казино даже пригрозили финансовым кризисом: предприниматели сообщили, что привлекли в банках многомиллиардные кредиты под залог действующих игорных заведений и перевод их в зоны приведет к дефолту. Оплатить переезд им, разумеется, придется самостоятельно — в бюджете РФ на трехлетний срок никаких средств на организацию игровых зон не выделено.

Более детально об этих встречах ни владельцы казино, ни чиновники говорить не хотят. Видимо, боятся сглазить, резюмирует «Коммерсант».