Михаил Делягин: не в силах изменить что-то на Родине, европейский элемент в российском обществе покидает страну, оставляя ее погружающейся во тьму дикой азиатчины…

Опубликованная несколько недель назад полемическая статья Михаила Делягина, на наш взгляд, интересным образом пересекается с материалом молодого алтайского автора, повествующего о десятилетиях бесплодных попыток градостроительных реформ Барнаула…

Люди снова стали уезжать из России. Без пафоса, без надрыва, без крика. Молча, стесняясь этого и — часто — рассматривая отъезд как личную и семейную трагедию. За редчайшими исключениями это не политический акт — это личный частный выбор. Делаемый осознанно и с открытыми глазами, а не «под влиянием тлетворной западной пропаганды». Делаемый теми, кто зарабатывает ощутимые деньги и задумывается о будущем — своем и своих детей. Официальная статистика этого, как и многого другого, не отражает. По ней выезд из страны за пределы СНГ сокращается неуклонно и даже быстрее инфляции: с 63 400 чел. в 2000 г. до 18 800 чел. в 2006 г., в том числе в Германию — с 40 400 до 8200, в США — с 4800 до 3100, в Израиль — с 9400 до 1400. Но ведь люди, уезжая, весьма часто не заявляют об этом, а начиная жить «на два дома» — не заявляют практически никогда. Сохраняют гражданство, получая за рубежом разрешение на постоянное проживание и за версту обходя родное консульство. Самым ярким примером такой незаметной эмиграции стал выезд в преддверии и в ходе оранжевой революции значительного числа россиян на Украину как «территорию свободы, где можно не носить с собой паспорт», приведший в Киеве к зримому повышению стоимости жилья и квалифицированного труда.

Еще три года назад число россиян в Лондоне оценивалось в 230 000. Сейчас — уже в 300 000. Их численность во Франкфурте оценивается в четверть миллиона. Русские туристы в Европе стесняются ругаться матом: лавинообразно растет число мест, где их могут понять «местные».

Моделей выезда много. Кто-то сдает московские квартиру и дачу и на эти деньги прекрасно чувствует себя в Чехии. Кто-то поехал повысить квалификацию и обнаружил, что нужен там, а не здесь. Кто-то расширил бизнес — и открыл для себя миры, в которых не нужно платить взятки. Совсем не фешенебельные миры — ту же Польшу, к примеру. Кто-то пообщался с правоохранительными органами или платным здравоохранением. Кто-то осознал, что его ребенок употребляет слово «враги» раз в пятьдесят чаще, чем «друзья». Кто-то просто не вовремя включил телевизор.

Относительно уцелевшего населения России — 142 млн — эмиграция в любом случае незначительна. Но ведь и загранпаспорта имеет всего около 9 млн россиян! И уезжают в первую очередь добившиеся успеха, что усиливает размывание и без того тонкого культурного слоя России. Именно благополучные россияне все чаще покидают Россию, предпочитая быть чужими на чужбине, чем на своей собственной Родине.

Общая причина — разложение и архаизация нашего общества, его дебилизация в сочетании с ростом агрессивности и наглядным процессом перехода от европейского, гражданского устройства к устройству по клановым, в том числе регионально-этническим, принципам. Как сказал один из них, едут не «за колбасой», а «за воздухом».

К сожалению, эмиграция, вымывая из общества его наиболее цивилизованные, европейские элементы, форсирует тем самым его регресс, впадение в столь понятную нам азиатчину. И массовый ввоз высококвалифицированных экспатов не меняет ситуации: в условиях легкости современных коммуникаций они за редкими исключениями, в отличие от прошлых веков, не пускают здесь корни и столь же мало склонны оцивилизовывать Россию, как и Бангладеш. Важную роль играет и мотивация государства. Чиновнику гораздо проще и понятнее иметь дело с беженцем, который твердо знает, что у него нет никаких прав, который согласен на любые условия существования ради того, чтобы жить в относительной безопасности. Россиянин, который все еще знает, что теоретически у него есть какие-то права, очень неудобен чиновнику. В этом отношении замещение бесправными мигрантами, по сути дела рабами, коренного населения облегчает чиновнику жизнь — а мы вдруг оказываемся в рабовладельческом, по сути дела, обществе.

Но реальной работы по сохранению россиян в России не ведется и вестись не будет: европейски ориентированные граждане мешают правящей бюрократии, как ноги — плохому танцору. В конце 1980-х — начале 1990-х гг. произошел чудовищный выезд из страны носителей европейской культуры. Только в одну из земель Германии из бывшего СССР уехало 2 млн человек. Сейчас мы переживаем новую, тихую волну эмиграции: люди стараются перебраться куда-нибудь, где есть закон и относительный порядок. Соответственно, в России, хотя и в несколько замедленном темпе, происходит то, что происходило в Чечне, Грузии и некоторых других странах: вымывание наиболее образованного и квалифицированного элемента и погружение остающегося общества в самую дикую азиатчину.

И даже когда речь сначала идет не об эмиграции, а просто о покупке домика или квартиры в теплой уютной стране — это правильно для отдельного человека и нормально для спокойного стабильного общества, но очень опасно для общества, еще не определившего свою судьбу.

Потому что «в случае чего» наиболее цивилизованная его часть не будет бороться за приведение его в соответствие со своими идеалами, а плюнет и уедет туда, где эти идеалы уже реализованы — хотя бы в части хорошей погоды. Оставив свою страну самому глупому и подлому из того, что накопилось в ней за долгие десятилетия потрясений и беспощадного отрицательного отбора.

Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации, газета «Ведомости».