Все идет по плану. В Омске умер лидер группы «Гражданская оборона» Егор Летов.

Непрекращающийся последние месяцы «уход эпохи» навяз на зубах. Меж тем есть люди, события, олицетворяющие не эпоху, не время, а, скорее, само явление. Таким человеком был ушедший во вторник в отставку Фидель Кастро, таким был скончавшийся несколько часов спустя от сердечного приступа Егор Летов. Совпадение этих дат настолько удивительно и чудовищно, что язык не поворачивается назвать его иронией этой самой судьбы. Даже совпадением не получится, как ни пытайся, назвать то, что оба они были олицетворением одного и того же — революции, свободы, бунта или как там еще это называется. Такое сравнение, конечно, выглядит спекуляцией, но его никак не избежать: один был символом постоянной революции у власти, другой — революции с гитарой у микрофона.

Летов всегда был тем, кого обычно называют крайне противоречивой фигурой.

Родился Игорь Федорович (именно так по паспорту звали Егора) Летов в Омске в 1964 году. Отец был военным, мать — медиком. Попытки получить высшее образование закончились неудачей еще на стадии поступления, и Егор решил стать музыкантом. Время было такое — начало 80-х, в Ленинграде и Свердловске зарождался рок, а Сибирь так и не была охвачена. По словам самого Летова, он просто понял, что той музыки, которую он хотел бы слышать, нет, и собрал группу. Сначала команда называлась «Посев». Смысл творческого метода Летова тогда, да и на протяжении почти всей его музыкальной истории, сводился к предельному эпатажу и бунту. Максимальным проявлением бунта Летов считал абсурд, и тексты песен «Посева», превратившегося спустя недолгое время в «Гражданскую оборону», полностью отвечали этому принципу и не имели никакого политического подтекста.

Политика появилась позже, начиная с 1985 года.

За антисоветчину Егора засунули в психушку, а его соратника «Кузю Уо» Рябинова отправили в армию. Как это иногда случается, в больнице у Летова произошел качественный скачок. Позднее он вспоминал, что единственным его желанием было добраться до соседней девятиэтажки и спрыгнуть оттуда, лечение нейролептиками было невыносимым — один раз музыкант даже ослеп. Но тогда же были написаны и циклы песен, ставшие позже лучшими альбомами «Гражданской обороны»: «Некрофилия», «Тоталитаризм» и другие. Альбомы Летов, выйдя из больницы, был вынужден записывать в одиночку: Кузьма был в армии, а с остальных музыкантов взяли подписку, что они не будут иметь с Егором никаких дел. Он справился с работой за считанные дни. А после этого опять ушел в бега. Играл квартирники, выступал со случайными сочувствующими музыкантами на рок-фестивалях. Между тем пример Летова всколыхнул многих сибирских молодых музыкантов, породив целое музыкальное направление, названное позже сибирским панком.

В конечном счете группа вступила в Ленрокклуб и выступила на VII фестивале как ленинградская группа. А потом все стало по-другому — случился 91-й год, гласность…

Однако образ Летова-борца складывается из двух его высказываний: «После этого (больницы — „Газета.Ru“) я понял, что солдат» и «Я всегда буду против».

Сначала он распустил «ГрОб» и записал два совершенно аполитичных альбома под неформатным названием «Егор и Опизденевшие». Потом Летов возродил основную группу и одним из первых вступил в новообразованную НБП, поддержал движение «Русский прорыв», направленный против «демшизы». Конечно же, движение быстро рухнуло — слишком многих и разных оно собрало под свои флаги.

После этого все вроде бы успокоилось. Следующие 10 лет группа провела на полуподпольном положении, проводя эпизодические концерты в кинотеатре «Улан-Батор» и время от времени меняя состав. В 2004-м Летов открестился от всех политических и прочих движений, к которым его пытались приписать. Таким образом, он одним махом закончил главу в истории группы и российской рок-музыки вообще, в очередной раз доказав, что голыми руками его взять не удастся. Дабы подтвердить это, он вместе с группой записывает два совершенно уникальных альбома — «Долгую счастливую жизнь» и «Реанимацию». Они писались в одну сессию и открыли слушателям нового Летова. Не политизированного горлопана, а тонкого поэта, носителя какой-то совершенно самобытной поэтики и отличного мелодиста.

На концерты группы кроме не вызывающих симпатий грязных панков стали ходить упитанные «пиджаки» — попротестовать, хотя протеста, опасности, которой жаждал Летов, уже не было.

Финал этого перерождения «рупора гласности» в одну из самых актуальных и глубоких российских групп случился недавно с выходом альбома «Зачем снятся сны». Эта работа стала своеобразным итогом последних творческих поисков Егора, в нем не осталось ни грамма агрессии или злобы. Альбом получился поразительно зрелым, «сияющим», как предпочитал называть его сам автор. Добавляя, впрочем, что дальше он планирует вновь вернуться к жесткости и революции. И вот сегодня барабанщик группы Павел Перетолчин сообщил, что Егор Летов скончался от сердечного приступа у себя дома в Омске. Позже эта информация появилась на официальном сайте группы «Гражданская оборона».

Революции больше нет и не будет. Все идет по плану.