Общественник и политолог Константин Емешин: многие считают, что Общественная палата на Алтае должна стать основным центром в борьбе с коррупцией…

30 мая член Общественной палаты Алтайского края II созыва Константин Емешин на заседании круглого стола «Законодательное регулирование и обеспечение борьбы с коррупцией на уровне регионов» выступил с докладом «Общественная составляющая борьбы с коррупцией».

— По этой теме я выступаю как представитель Общественной палаты и, хотя в палате не было специального пленарного заседания на эту тему, но, тем не менее, состоялся некоторый обмен мнений на эту тему с коллегами. И поэтому я его здесь представлю. Во-вторых, я представляю организацию «Школа реальной политики», в которой ведется активный мониторинг общественных и политических явлений, в том числе и коррупции. И, наконец, для того, чтобы реально бороться с коррупцией, я издаю газету «Новая жизнь Алтая», в которой на трех полосах постоянно публикуются материалы о реальных действиях государственных и муниципальных структур, которые можно трактовать как «коррупция».

Первое. Мнения общественников об очередной попытке борьбы с коррупцией различны, но преобладает некий скепсис и отмечается, что это очередная «кампания», которая ведется формально, а, следовательно, в очередной раз «хотели как лучше, получится как всегда». Причем в обществе отмечают некоторую раздвоенность между правильными словами о борьбе с коррупцией, которые произносят на всех уровнях власти и теми реальностями, о которых знают все. Например, после выборов законодательного собрания должно избрать члена Совета Федерации от Алтайского края. Но этот вопрос опять был снят с рассмотрения и Общественная палата несколько обескуражена (Совет ОП сделал на этот счет обращение к депутатам) — а почему депутаты, которые должны делать этот выбор, не участвуют в этом процессе? Такому вопросу депутаты удивлены: «Вы что, не знаете, что это делается в федеральном центре с учетом определенных коммерческих интересов?». Вот так вот — все говорят об борьбе с коррупцией и в то же время все всё знают…

Некоторые члены Общественной палаты прямо заявили, что они пошли в палату, т.к. не видят перспектив борьбы с коррупцией с помощью правоохранительных, государственных и муниципальных органов. И поэтому звучат предложение полностью сосредоточить деятельность Общественной палаты как главного антикоррупционного органа.

Второе. Нужен ли закон Алтайского края о борьбе с коррупцией? Хотя в быту люди почему-то не очень озабочены повседневной коррупцией, но PR — акции сформировали общественное мнение, что с коррупцией надо очень бороться. Приведу пример из своих исследований. Здравоохранение считается одной из наиболее коррупциогенных отраслей, когда сформировалась целая разветвленная сеть денежных поборов в виде всевозможных платных услуг. Но наш опрос пациентов показал, что проблема платности для них стоит лишь на 6-м месте. На первом месте требования внимательного отношения, гарантии качественного лечения, гарантии эффективного лечения, ликвидация организационных неурядиц. Оказалось, что пациенты готовы платить и «вчерную» и по «серым» схемам, лишь бы обеспечить добрую и качественную медицинскую помощь. Вот почему пациенты на словах озабочены важностью борьбы с коррупцией, но сами без зазрения совести спокойно платят. И это объяснимо, поскольку у человека есть такое заблуждение, что если он заплатит, то его лучше вылечат.

Вот почему в общественном мнении существует стойкое мнение, что «Коррупция — ЗЛО», но в повседневной деятельности большинство предпочитают адаптироваться к этой коррупции. А это еще более опасная ситуация, т.к. это уже проявление нравственной деградации общества, что особенно опасно в медицине.

Вот почему, несмотря на мотивировки, можно только приветствовать любые попытки борьбы с коррупцией, в том числе и на уровне принятия краевого закона.

Третье — теперь о рассматриваемом законопроекте. Несколько концептуальных замечаний:

1. Авторы законопроекта (краевая прокуратура) к сожалению, ограничились узким толкованием понятия коррупции как некого подобия «преступления». Но в то же время такой статьи в уголовном Кодексе нет. Вот почему нецелесообразно зауживать смысл коррупции, поскольку более продуктивно рассматривать коррупцию как общественное и социальное явление, а не только как правовую проблему.

2. В законопроекте предлагаются, по сути, только два содержательных тезиса — создание антикоррупционной комиссии и проведение антикоррупционной экспертизы. То, что касается комиссии, — традиционное формирование совещательных органов и не более того. Где гарантия, что еще один новый совещательный орган из представителей разных ведомств даст эффект? То, что касается антикоррупционной экспертизы нормативных документов, то она прописана достаточно содержательно, но для этого и не нужен закон о коррупции, т.к. достаточно внести этот раздел в краевой закона о правотворческой деятельности. И сделать это можно за 2−3 месяца, не ломая копья по поводу специального закона «О борьбе с коррупцией».

Четвертое. Анализируя коррупцию как некое общественное явление, мы не должны забывать, что декларируя борьбу с коррупцией, мы должны при этом констатировать, что все более сужаются возможности традиционных методов профилактики коррупции, а именно: фактически утрачен принцип разделения властей, ограничены возможности независимых СМИ, существенно стало более закрытым деятельность структур власти. Очень стало сложно получить комментарий от чиновника или депутата о деятельности структур власти. Выдают только уже готовый опубликованный документ, из которого совершенно непонятны мотивы принятия решения, какие были альтернативные варианты и т.д. Публичные слушания превращаются в некую формальность.

Вот почему целесообразно концептуально существенно расширить предложенный законопроект. Общественная палата продолжит экспертизу этого законопроекта и в качестве экспертов палата приглашает к сотрудничеству известных юристов Колесову Валентину Платоновну и Молотова Александра Владимировича.