Замдиректора ГТРК «Алтай» Наталья Питахина о надвигающемся кризисе: главной проблемой станут масштабы, в которых мы будем вести переквалификацию кадров.

Краевым властным структурам, бизнес-сообществу надо начинать активно искать способы смягчить последствия кризиса. Как отметила 20 ноября в интервью сайту «ПолитСиб.Ру» известная телеведущая, заместитель директора ГТРК «Алтай» Наталья Питахина, рецептов пока не знает никто, но мозговые штурмы не помешают. Тем более что на первый взгляд влияние кризиса в регионе незаметно.

— Что касается первого взгляда, именно первого, то, пожалуй, я пока ничего не видела. Ни пустых полок — мне почему-то они не попадались, — ни ограничения в импортном пиве и шоколаде. В тех магазинах, в которые хожу я, все нормально. Во всяком случае, может быть, я не хожу туда в тот момент, когда там пусто. Если говорить про второй взгляд (а второй взгляд — это те люди, которые приходят ко мне на эфир, это информация, которая ходит в медиапространстве), то тут, конечно, влияние кризиса заметно. Друзья продолжают писать мне смс по поводу того, что в магазинах нет уже чуть ли ни соли и сахара. Эксперты, которые приходили ко мне на интервью, подтверждали, что оборот розничных торговых сетей снижается, что ограничение импорта вполне возможно в ближайшее время. Строительные организации освобождаются от неликвидного имущества, это тоже, в общем, заявлено и проходит во всех информагентствах. Сокращения на предприятиях идут — это тоже начинает выливаться потихонечку в информационное пространство, вопреки всеобщему настроению делать вид, что ничего не происходит. Второй взгляд — экономика реально начинает испытывать сложности, причем серьезные. Я читала, продажи некоторых японских автомобилей снизились на 30%, объемы рекламного рынка сужаются однозначно.

Кстати, в качестве сферы, которая не заметила кризис, можно назвать бюджетную. В бюджете деньги были заложены, и люди эти деньги сейчас получают, те же самые пенсионеры. Бюджетники будут единственными людьми с гарантированной оплатой. Это смелое, наверно, утверждение, тем не менее. Пенсионеры — это люди, у которых будут гарантированные постоянные деньги.

По поводу того, сколько может продлиться кризис. Мне почему-то информация о том, что к концу 2009 года это все кончится, кажется смешной. Я слышу от представителей отраслей, что «ягодки» мы увидим где-то года через полтора. Самое сложное время может прийтись на весну-лето. Не так быстро закончится, как мы ждем. Еще одну информацию я слышала от человека, который живет в Аргентине. Там этот кризис начался уже два года назад, и цены сразу взлетели на все. Просто сейчас они привыкли к этим ценам, но ничего лишнего себе не позволяют.

Мне кажется, сейчас самая главная проблема в том, что мало кто себе представляет, как и в каких масштабах мы должны будем вести переквалификацию людей, которые будут сокращены. Главной проблемой будет неготовность. Сейчас до сих пор, по-моему, никаких антикризисных мер не выработано. У Петербурга, с которым мы заключили соглашение, есть своя программа. Хотя программа — это еще только бумажка. Но тем не менее.

Понятно, что сейчас будет просто выброшена на улицу куча сокращенных людей, понятно, что им надо будет куда-то устраиваться. Они займут те места, которые сейчас вакантны, то есть менее востребованные места. Может, это синие воротнички, может быть, что-то еще, но люди вынуждены будут куда-то идти. Это просто перераспределение ресурсов, плюс освобождение от маленьких компанийоднодневок, но это по всей России.

Я думаю, что мы еще всерьез даже не понимаем, как это может изменить структуру экономики и общества.

Об этом надо говорить, думать. Опять же не так: «Ах, кризис, мы вот там заметили, ах, вот это, ах, вот то!». Нужно говорить о том, как его последствия можно смягчить. Я пока не знаю рецептов. Рецептов, сейчас, по-моему, не знает никто. Но в первую очередь надо это обсуждать. Может быть, не на общественных слушаниях, это как-то уж громко совсем сказано, но какие-то мозговые штурмы не помешают.