Правительство России намерено существенно расширить количество шпионов и изменников родины. Эксперты вспоминают сталинскую 58-ю статью…

Изменниками родины и шпионами в России будут признаны все, чьи деяния направлены «против безопасности РФ, в том числе ее конституционного строя, суверенитета, территориальной и государственной целостности», сообщила 15 декабря газета «Коммерсант». Это следует из поправок к Уголовному кодексу, которые 12 декабря внесло в Госдуму правительство. Законопроект меняет нормы действующего УК, по которым государственной изменой пока считаются лишь «враждебные» действия, угрожающие исключительно «внешней безопасности РФ». Правозащитники и адвокаты опасаются, что при новой норме шпионом, как и в сталинские времена, рискует стать каждый, кто позволит себе критику власти.

Правительственный законопроект появился в Госдуме 12 декабря, когда депутаты из фракций «Единая Россия» и ЛДПР утвердили в третьем чтении поправки к Уголовному и Уголовно-процессуальному кодексам, урезающие компетенцию суда присяжных. Теперь им запрещено рассматривать дела, связанные не только с терроризмом, захватом заложников и насильственным захватом власти, но и с массовыми беспорядками, диверсиями, а также с государственной изменой и шпионажем. На вопрос думской оппозиции, причем тут измена и шпионаж, ни разу по ходу трех чтений ответ получен не был.

Заботой о правоохранительных органах продиктованы и новые правительственные поправки к УК. Предложение изменить содержание уголовных статей об измене и шпионаже объясняется тем, что в нынешнем виде они осложняют работу следствия в системе ФСБ. Так, ст. 275 Уголовного кодекса подразумевает под государственной изменой «выдачу государственной тайны либо оказание помощи иностранному государству либо иностранной организации… в проведении враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности РФ». Но эта «форма», как сказано в пояснительной записке к законопроекту, «является крайне сложной для доказывания» того, что деятельность была именно «враждебной», чем и пользуется защита, добиваясь «освобождения обвиняемых и подсудимых от уголовной ответственности».

Кроме того, в пояснительной записке сказано, что «отдельными международными организациями неоднократно предпринимались попытки получения сведений, составляющих государственную тайну». Поэтому суть государственной измены, по замыслу правительства, должна подразумевать не «враждебную деятельность», а «деяния», в частности выдачу государственной тайны «иностранному государству, международной либо иностранной организации». Отметим, что «деяние» более широкое понятие, чем «деятельность»: оно подразумевает как действие, так и бездействие. «Это полный привет, — заявила „Ъ“ адвокат Анна Ставицкая.- Сначала вывели из-под присяжных, а теперь подводят под ответственность не за враждебную деятельность, а за деятельность вообще». Все теперь будет зависеть «от большого воображения следователя», считает госпожа Ставицкая.

Расширяют правительственные поправки и само понятие «государственная измена». Действующий УК (ст. 275 «Государственная измена») считает таким преступлением «враждебную деятельность, направленную в ущерб внешней безопасности Российской Федерации». Правительство же предлагает считать преступлением «деяние, направленное против безопасности Российской Федерации, в том числе ее конституционного строя, суверенитета, территориальной и государственной целостности».

Если проект обретет силу закона, то «изменником можно будет считать любого человека, который пообщался с иностранцем», заявил «Ъ» завкафедрой права МФТИ Борис Надеждин. Приравняв к государственной измене действия «против конституционного строя», правительство называет среди таких действий «оказание финансовой, консультационной помощи… иностранной организации». Сам господин Надеждин, к примеру, выступил соавтором открытого письма партии «Правое дело» к региональным законодателям, в котором правые призывают не поддерживать поправок к Конституции, увеличивающих сроки полномочий президента. О письме господин Надеждин подробно рассказал корреспондентам ВВС. «Если бы правительственный законопроект уже действовал, то меня можно был бы привлечь за государственную измену, потому что я сначала подписал письмо, направленное против конституционного строя, а потом еще и проконсультировал по этой части иностранную организацию», — утверждает господин Надеждин.

Схожие опасения и у сотрудника Института по правам человека Льва Левинсона. Его волнует термин «безопасность», который «имеет множество значений: информационная безопасность, продовольственная безопасность». Если же учесть, что правительство готово приравнять к государственной измене «просто деятельность, направленную против конституционного строя», то речь идет, как подозревает господин Левинсон, о «восстановлении нормы сталинских времен, когда уголовным преступлением считалась антисоветская деятельность».

Тревожит господина Левинсона и то, что в уголовных статьях появился термин «международная организация». На его взгляд, и существующей нормы об «иностранной организации» достаточно, чтобы рассматривать дела о причастности к шпионажу каких-либо международных организаций, так как каждая из них зарегистрирована в какой-нибудь стране, например ООН зарегистрирована в Швейцарии (Женева). Но есть международные организации, зарегистрированные в России, например «Мемориал». Если правительственный проект станет законом, то «Мемориал», как считает Лев Левинсон, «при желании может быть уличен в измене за передачу за рубеж критических материалов, например, о российской избирательной системе, которая составляет одну из основ конституционного строя.

Издание отмечает, что предыдуший «пакетный» законопроект, сокращающий полномочия присяжных, был принят фактически за две недели. Существенных правок внесено не было.