На текущей неделе бывшему главе Республики Алтай Михаилу Лапшину
исполнилось бы 75 лет, пишет в посвященной бывшему главе
Республики Алтай
статье в еженедельнике «Листок»
журналист Владимир Тримаскин. «Сомневаюсь, что кто-либо даже из особо лелеемых им членов его команды хотя бы вспомнил об этой
дате. Хотя он так их пестовал, так доверял им, так продвигал их по служебной лестнице! У него мог запросто заполучить
министерский портфель и вчерашний студент, поправлявший своё
материальное положение в его предвыборном штабе, и получивший
вотум недоверия избирателей бывший вице-спикер парламента… Свою
команду он сформировал только из местных, никого со стороны не привлекал, как это делается теперь. Хотя и в ней, как и сейчас,
были абсолютные профаны, приспособленцы и даже откровенные
прохиндеи. В конечном счёте, всё это вышло „деду“ боком…» —
отмечает автор.
«Тем не менее, сам Лапшин стал главой республики после
убедительной победы на выборах 6 января 2002 года. Тогда во втором туре ему не сумел оказать достойного сопротивления даже
действующий глава региона, не говоря уже о теперешнем, который,
несмотря на агрессивную поддержку пресловутых «медведей»,
оказался явным аутсайдером — на шестом месте. Но эта должность
стала для Лапшина и венцом его карьеры, и её закатом. Вначале в регионе наблюдалась консолидация различных политических сил
вокруг нового руководителя, который единственный среди лидеров
крупных политических движений решил не в столице тусоваться и в Думе штаны протирать, а приехал работать в глубинку, что
называется, на передовую. Он был глубоко убеждён, что депутатом
Госдумы от республики должен быть представитель алтайского
населения. Даже в царской Думе, говорил он, алтайский народ имел
своего человека. И как только началось выдвижение, он поддержал
Сергея Пекпеева, который в Госдуме современной России стал первым
депутатом-алтайцем. Он и поныне там сидит," - продолжает автор.
«…Было не очевидно, что Михаил Лапшин радикально хуже
среднероссийского политика второго ряда, — утверждает Владимир
Тримаскин. — На общем портретном фоне российских общественных
деятелей лидер АПР выглядел не хуже и не лучше. В кулуарах он любил намекать на свои контакты в президентской администрации: в 1990 году Владислав Сурков был помощником депутата Верховного
Совета Лапшина. Однако тесные связи он явно преувеличивал. Если
на думской кампании 2003 года в список Аграрной партии, тогда
возглавляемой Лапшиным, по протекции Суркова вошли люди,
принесшие аграриям несколько миллионов долларов, то в 2004 году
на историческом для партии съезде, когда Лапшин был со скандалом
смещён с поста председателя, никто из президентских чиновников
Михаила Ивановича не прикрыл».
Закат карьеры Лапшина автор связывает с отменой выборности
губернаторов. «А потом президент отменил прямые губернаторские
выборы, спровоцировав региональных депутатов на бурную
деятельность по смене местной власти. С разницей в четыре минуты
31 марта 2005 года члены Алтайского краевого совета вынесли вотум
недоверия губернатору Михаилу Евдокимову, а парламентарии
Республики Алтай недобрали шести голосов до импичмента Михаилу
Лапшину. Эффективность депутатского бунта отныне стала зависеть
от решения президента. Он дал Лапшину доработать срок полномочий
на посту главы республики, но продлять их не стал. Представляя
активу региона список кандидатов на губернаторское кресло,
полпред президента Анатолий Квашнин задал вопрос: «А что будет с Михаилом Ивановичем Лапшиным?» И сам же на него ответил: «Он много сделал, в меру своих возможностей и в меру своего
профессионализма, не в обиду ему будет сказано. Но всё-таки
возраст есть возраст. В дальнейшей своей судьбе он обижен не будет. Президент всех, кто работает, не забывает».
И не забыл. Михаил Лапшин стал представлять в Совете Федерации
Омскую область. Одной из его главных задач было найти способ
возместить ущерб в 14 млрд рублей. Область потеряла их после
переезда «Сибнефти» из Омска в Петербург. Последние полгода
Лапшин провёл в бесконечных согласованиях в федеральных органах.
Бился за эти самые 14 миллиардов. Но потом узнал, что омские
власти, не уведомив его, согласились на 4,5. Кто видел Михаила
Ивановича в те дни, говорят, что, узнав об этом, он сильно сдал.
И вскоре умер.
Он скончался вечером 17 июня 2006 года. Весь этот день он провёл
на работе в Совете Федерации, а вечером работал на приусадебном
участке. Там с ним случился приступ, сенатор скончался до прибытия машины «скорой помощи».
