Официальному изданию властей Алтайского края не удалось найти в Николаевке недовольных качеством восстановленного жилья.

22 февраля региональный официоз — газета «Алтайская правда» публикует материал Кристины Ливер «Дом, который строили все», посвященной претензиям жителей восстановленного после катастрофического пожара в 2010 г. за счет средств бюджета села Николаевки. Жители заявляют о низком качестве обошедшихся бюджету в колоссальные суммы строительных работ, а непосредственным поводом для статьи стал иск одной из жительниц села, заявляющей о невозможности проживать в восстановленном доме.

Напомним, 8 сентября 2010 года лесной пожар уничтожил в Николаевке более двухсот домов. Но уже к концу ноября для каждого погорельца построили новые дома. Сейчас своим жильем довольны все николаевцы, за исключением Любови Балахоновой. Почти год она пишет письма в администрацию края, управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и даже в Правительство РФ. Суть претензий такова: из-за якобы повышенного содержания в воздухе фенола и формальдегида жить в доме по адресу: улица Восточная, 11 невозможно. Балахоновы подали заявление в Михайловский районный суд о признании его непригодным для жилья. Корреспондент «АП» попыталась разобраться в ситуации.

«Контролируйте работы!»

Сейчас здесь уже ничто не напоминает о страшном пожаре. По нынешним меркам Николаевка — это добротный современный коттеджный поселок. Аккуратные новые домики, отремонтированные здания школы и Дома культуры, хорошие дороги, Интернет. А еще жители села стали первыми в крае, кому подключили цифровое телевидение. Идешь по улицам и кажется, что вот уже как полтора года стройка здесь не прекращается. Сейчас бывшие погорельцы сами обустраивают территорию вокруг своего жилья: появляются гаражи, летние кухни, бани… «Нам очень нравится дом, — улыбается пенсионерка Екатерина Камерцель. — Три небольшие, но уютные комнаты, санузел. У нас всегда тепло. Да, прошлой весной проблемы были: после подтопления талыми водами в коридоре попортились полы. Написали заявление, и строители все быстро восстановили. Сейчас муж сам потихоньку наводит порядок во дворе: строит баню, сарай. В общем, привыкаем к новой жизни…»

Впрочем, у соседки Екатерины Камерцель — Любови Балахоновой — на этот счет другое мнение. «Когда дома строились, я говорила жителям: приходите и контролируйте работы, — рассказывает глава Николаевского сельского совета Тамара Руденко. — Балахоновы приходили. Дом им построили, в собственность они его получили, перезимовали… А потом начались проблемы. Весной 2011 года строители устраняли все выявившиеся недостатки. Но Балахоновы в свое жилье их не впустили. Позже я договаривалась с ними, что нужно сделать хотя бы отмостки. Бригада приехала и… собственники дома вызвали ФСБ, пограничников! Незаконное проникновение на территорию. Что тут поделаешь?»

Первый раз исследование воздуха в доме Балахоновых проводилось в ноябре 2010 года. Тогда превышения каких-либо химических нормативов не было. Уже через несколько месяцев — 22 апреля 2011 года — по заявлению Любови Балахоновой был проведен повторный отбор проб воздуха. Тогда превышение по фенолу и формальдегиду составило порядка 1,2−2 раза. Но откуда взялось наличие химических веществ? Дома на улице Восточной построены по одному проекту, одним застройщиком. Согласно лабораторному исследованию воздуха в доме по адресу: Восточная, 13 — концентрации фенола и формальдегида не превышают установленных норм. Вместе с жильем новоселы получили внушительную папку с исполнительной документацией. Это как инструкция по применению бытовой техники. На ста с лишним страницах расписано все: от рекомендаций по поддержанию микроклимата в помещении до правил ухода за линолеумом. Например, особенно подчеркивается, что в новых домах необходимо поддерживать определенную влажность воздуха и обязательно проветривать комнаты. Это позволяет избежать такой проблемы, как образование плесени на стенах. Кроме того, по данным Роспотребнадзора, повторная экспертиза дома Балахоновых проводилась с нарушением требований ГОСТа. Из комнат не убрали мебель, которая и послужила источником повышенного содержания фенола и формальдегида. Начальник отдела надзора за коммунальной гигиеной управления Роспотребнадзора по Алтайскому краю Оксана Коршунова комментирует сложившуюся ситуацию:

— Фенол и формальдегид — вещества, которые могут мигрировать при высокой влажности и температуре из строительных материалов, мебели. Для того чтобы оценить влияние исключительно отделочных и строительных материалов, перед исследованием необходимо убрать из помещения мебель, ковролины, настилы. Далее происходит проветривание, и в течение следующих суток в доме не открывают окна и двери. После этого, если температура и влажность соответствуют нормативам, проводят замеры. На личном приеме главного госсанврача по Алтайскому краю Игоря Салдана Балахоновой объяснили, что результаты замеров являются некорректными. Параметры микроклимата — высокая влажность и высокая температура — могут провоцировать высокую миграцию фенола и формальдегида в воздух помещения. Ей предложили провести повторное исследование, однако она от него отказалась, не объяснив причины.

Зачем?

Строители также утверждают, что все 218 жилых дома в Николаевке и Бастане построены с соблюдением технологических норм, с применением сертифицированных материалов. Накануне в редакцию «АП» пришло открытое письмо, под которым подписались руководители крупнейших в крае строительных компаний: «Жилищной инициативы», «Стройгаза», «Алтайкоксохимстроя», «Селфа» и других. Вот что они написали: «В последнее время в разных источниках было опубликовано несколько статей с ссылкой на жалобу жительницы села Николаевка Михайловского района Любови Балахоновой по поводу некачественного восстановления жилья после лесного пожара 2010 года. <.> В период эксплуатации домов возникли некоторые претензии к качеству выполняемых работ, которые были рассмотрены заказчиком, генподрядчиком совместно с субподрядными организациями. Большинство дефектов образовались по причине того, что работы проводились в сжатые сроки при отрицательных температурах, отделка домов велась в условиях повышенной влажности. Но были и проблемы по части нарушения эксплуатации жилья. Согласно поручению губернатора Алтайского края Александра Карлина в Николаевке создали специальную комиссию, которая фиксировала претензии граждан и организовывала соответствующие работы. Для устранения недоделок в селе постоянно работали бригады строителей и сантехников. К 15 июля 2011 годы были устранены все выявленные дефекты и подписаны акты освидетельствования выполнения замечаний по каждому дому всеми его жильцами, за исключением семьи Балахоновых, которые в течение весны-лета 2011 года не запускали строителей на свою усадьбу». Между тем уже почти год, как жилье Балахоновых пустует. Дом выглядит так, как будто в нем и не собирались жить: недостроенная ограда, необлагороженная территория. Семья Балахоновых живет в Новоалтайске. Бабушка Любови Балахоновой как вдова ветерана получила деньги на улучшение жилищных условий. Купила квартиру в Новоалтайске, из Николаевки туда переехала и вся семья. Нам удалось связаться с Любовью Балахоновой по телефону, правда, разговор получился коротким.

— Любовь Владимировна, вы подали иск в суд Михайловского района. Настаиваете на том, что дом непригоден для жилья. Расскажите, какие проблемы в вашем доме?

— В двух словах не получится, по телефону не очень хочется общаться… Знаете, все материалы, на основании которых мы признаем дом непригодным, у нас есть.

— А чего хотите добиться-то? Нужна компенсация?

— В судебном иске компенсацию мы не требуем. Хочу улучшить жилищные условия, потому что в этих жить невозможно.

— Хорошо, если ваш дом признают непригодным для жилья, построят вам в Николаевке новый, переедете туда?

— Девушка, извините, мне некогда…

Я долго думала над этой историей. Главный вопрос, который не обойти, — чего же хочет добиться Любовь Балахонова? Наверное, когда она говорит о том, что компенсацию не требует, то немного лукавит. Если суд признает ее дом непригодным для жилья, уверена, что следующий иск Любови Балахоновой будет как раз с требованием выплатить ей компенсацию. Судя по нашей беседе, жить в Николаевке семья не хочет. Выход только один — продавать дом. Однако его цена на рынке сейчас не более 500 тысяч рублей. А вот с компенсацией уже иная история. Тем, кто после пожара захотел получить деньги на покупку жилья в других районах, выплачивали внушительную сумму. В случае с Балахоновыми это могло быть около двух миллионов рублей! Наверное, именно за эти деньги теперь и бьется Любовь Балахонова со строителями, экспертами, администрацией села…

А ведь, повторюсь, изначально у нее, как, впрочем, и у других погорельцев Николаевки, был выбор: строить жилье в своей деревне или брать компенсацию и покупать дом либо квартиру в другом месте. Строители ждали, пока люди определятся, вплоть до конца сентября 2010 года. Скорее всего, мало кто из николаевцев верил, что сможет получить по деревенским меркам огромные деньги. Но те, кто выбрал компенсацию, их получили. И, учитывая сумму, купили жилье в Барнауле или в районах поближе к краевому центру. Вполне возможно, что, узнав об этом, Любовь Балахонова поняла, что со своим выбором она ошиблась. А тут еще и бабушка ее приобрела квартиру в Новоалтайске. Как ни крути, но при сравнении Николаевки с Новоалтайском счет не в пользу пограничного села. Но дом-то уже построен! И Любовь Балахонова решила, похоже, пойти, что называется, ва-банк, лишь бы изменить ситуацию. А изменить ее сложно. Жилье находится в собственности Балахоновых. И, по сути, за все, что сейчас с ним происходит, в том числе и за неуплату коммунальных услуг, отвечать придется только им. Наверное, нужно учиться признавать свои ошибки, вовремя отступать, решая свои проблемы самостоятельно. В этот конфликт уже и без того вовлечена масса людей: строители, чиновники, жители села, пресса. Возьму на себя смелость сделать окончательный вывод: ну не может быть так, как утверждает семья Балахоновых. Ведь из 217 собственников построенных домов своим жильем довольны все и только в одном доме вдруг почему-то зашкаливает содержание химических веществ…