Писатель и исследователь шаманизма Андрей Коробейщиков о нападении на буддийских монахов на Алтае: «Конфликты между ламаистами и сторонниками шаманских практик могут тянуться по родовой цепи с 16 века».

— Что стоит за недавним нападением на строивших в музее Горно-Алтайска песочную мандалу индийских монахов-буддистов? Во всяком случае, я не вижу за этим простого хулиганства. Сложно представить, что те двое алтайцев из села Каракол в Онгудайском районе, наказанных за это, случайно приехали в столицу республики и зашли в музей…

Конликту между ламаистами и стронниками шаманизма на Алтае много лет, даже веков… Впрочем, шаманизм также не един. Во-первых, за многие годы изучения шаманских практик алтайцев у меня не сложилось впечатление о шаманизме как о единой религиозной системе. Скорее, это набор семейных шаманских групп, с передаваемой поколениям традицией. А конфликту адептов ламаизма и сторонникам шаманских практик на Алтае несколько сотен лет. В 16 веке он достиг максимума остроты — в то время правившие Алтаем джунгары массово вырезали шаманов. Я могу предположить, что в некоторых шаманских семьях остались родовые воспоминания и, может быть, даже чувства мести за своих предков, пострадавших в то время. Передаваясь по родовой цепи, они могли достичь дня сегодняшнего… Вспоминаю, что именно в районе села Каракол неколько лет назад осквернили буддийскую ступу на месте кремации ламы Боора…

По моим оценкам, сейчас у алтайцев начинает не хватать духовной силы для того, чтобы обуздать силу Алтая. Именно этим вызваны их сегодняшние религиозные метания и искания. В этой связи алтайский этнос все слабее выполняет свое уравновешивающее духовное предназначение в роли своего рода сакрального транформатора.

Для того, чтобы выйти из этого процесса, нужно многое понять и переосмыслить. А пока же я прогнозирую, что нелюбовь к ламаизму будет нарастать…