Российский мёд: сверхдорогой и некачественный?

Производство меда в мире растет, отмечает в обзоре этого традиционного для Алтая сектора агропроизводства еженедельник «Два слова». За последние 25 лет мировое производство этого продукта выросло с 0,8 млн до 1,38 млн тонн. За первую пятилетку нового тысячелетия мировое производство меда увеличилось почти на 10%. Причем самый большой прирост был отмечен в Азии — 19%. Китай за это же время увеличил производство меда на 20%, за что признан мировым лидером.

В 2006 году экспорт российского меда в США и Евросоюз по официальным данным составил около 4,8 тыс. тонн, или 5−10% от объема его производства в России. Почему так неточно? Да потому, что в России до сих пор нет достоверных данных об объемах производства меда в стране. Так, президент Российского национального союза пчеловодов Арнольд Бутов еще в 2003 году заявил, что численность пчелиных семей в стране составляет 6 млн, а производство меда он оценил в 100 тыс. тонн. При этом по официальной статистике в стране едва производилось 60 тыс. тонн. По результатам Всероссийской сельскохозяйственной переписи выяснилось, что 95% пчелосемей находится в частных хозяйствах населения и только 5% - в сельхозпредприятиях и у фермеров. Поэтому подсчитать реальные масштабы производства меда представляется крайне затруднительным, но все же возможным и просто необходимым.

Цена на мед напрямую зависит от погоды. Если погода теплая, солнечная и сухая — будет мед, если холодно и сыро — мед будет в дефиците и цены на него вырастут. К примеру, прошлой осенью эксперты предсказывали рост цен на мед в Великобритании на 25%. Причиной этому послужила сильная засуха в Аргентине, крупнейшем экспортере меда в Великобританию. От недостатка влаги погибли цветы, с которых пчелы собирали пыльцу. Ситуацию усугубило необыкновенно холодное лето. Вместо того чтобы собирать пыльцу на протяжении всего светового дня, пчелы трудятся всего три часа, а потом возвращаются в ульи. Это привело к тому, что урожай аргентинского меда сократился в два раза.

Производство меда в России — самая закрытая отрасль сельского хозяйства. В агроэкономике страны это производство пока не имеет веса, поэтому государственное вмешательство здесь отсутствует совершенно. Да и цены на мед в России пока еще определяются поставщиком по своему усмотрению и не зависят от мировой конъюнктуры. Может быть, поэтому производство меда у нас растет на 10−15% в год, в отличие от производства мяса и молока?

Россия оторвана от мирового медового рынка, потому что почти не экспортирует и не импортирует мед. Экспорта нет, потому что европейцев пугает наш «дикий» ГОСТ. У нас не предусмотрен даже контроль содержания в продукте антибиотиков. Из-за несоответствия европейским нормам по содержанию антибиотиков в 2002 году на 2,5 года Евросоюз запретил поставки китайского меда.

К тому же стоит российский мед на порядок дороже, чем где бы то ни было. Европейцам не нравится цена на мед в размере 4−5 долл. за кг, когда китайский или аргентинский мед они покупают за 1−2 доллара. Тем не менее, на внутреннем рынке алтайский мед сейчас продается в среднем за за 140 рублей (6 долларов).

Конечно, можно много говорить о росте экспорта меда из России. За последние три года он вырос в три раза. Но стоит посмотреть на цифры, и все станет на свои места. Три года назад мы экспортировали 0,3% от производимого меда, теперь эта цифра поднялась до 1%. Поэтому вступление России в ВТО вряд ли принесет пользу отечественному производителю меда, по крайней мере, первые несколько лет. Если сейчас высокие цены на мед внутри страны позволяют не только поддерживать высокую рентабельность производства, но и развиваться, то интеграция в мировое рыночное пространство серьезно осложнит жизнь пчеловодов на фоне дешевого «однодолларового» импортного меда. Чтобы конкурировать, необходимо не довольствоваться только тем, что мед «произведен в экологически чистом регионе», но и добиваться его соответствия международным стандартам качества.