Всеволод Емелин. Уголовная хроника эпохи кризиса (баллада об алтайских гастарбайтерах).

Последние месяцы почти каждую неделю в информационные сводки попадают сообщения о свершениях гастрабайтеров с Алтая в тех краях нашей необъятной Родины, куда занесла их докризисная судьба в поисках денег, счастья и свободы. Еще недавно бывшие удачливыми примерами для земляков — сегодня они герои комичных историй зачастую с криминальным оттенком. Известный российский поэт-контркультурщик Всеволод Емелин отозвался этим стихитворением на, пожалуй, самый известный «подвиг» оставшихся без работы алтайских гастарбайтеров — нападение на известного московского музыканта-скрипача из оркестра «Виртуозы Москвы».

Все началось с крика

Прогрессивных журналистов

Кто мог напасть на человека со скрипкой?

Ну конечно фашисты!



Известно, какой нации у нас скрипачи,

Это вам не какие-нибудь швеи-мотористы,

Они той же нации, что врачи —

Гинекологи и дантисты.



Идет музыкант из консерватории

В «Рюмочную» на Никитской,

А вместо этого попадает в историю —

Он подвергается атаке фашистской.



Здесь, в ЦАО, такое ежеминутно случается,

Фашистов здесь больше, чем в 41-м под Брестом.

Хотя, говорят, что еще рано отчаиваться,

Президент заявил, что ксенофобия не должна иметь место.



Сидит музыкант грустно на тротуаре,

Думает: «Ни хуя себе, пообедал».

И жалеет скрипку свою Страдивари,

Которую с криком «Зиг Хайль!» унесли скинхеды.



И еще от того музыканту невесело

И как-то даже особенно страшно,

Что на его скрипке теперь будут играть «Хорста Весселя»

И другие фашистские марши.



Короче сидит, потирает разбитый пятак

И сокрушается по поводу кражи…

Но на самом деле, все было совершенно не так,

А как все было, мы сейчас вам расскажем.



Дело в том, что не все менты во Владивостоке

Ломают кости автолюбителям.

В Москве остались самые стойкие,

Они дают отпор хулиганам и грабителям.



И когда музыкант, ставший жертвой преступления,

Сумел поднять с тротуара свое пострадавшее тело,

Он сразу отнес в милицию заявление

И немедленно было возбуждено уголовное дело.



И следствием было установлено быстро,

Что не надо нам тут вешать лапшу на уши,

Никакие не фашисты это были, а сушисты,

В смысле те, которые делают суши.



Их не беспокоили могендовиды

Им был абсолютно не свойственен великорусский шовинизм.

Так как были они из Сибири монголоиды

И традиционной религией их был синтоизм шаманизм.



Это были два мужчины с Алтая,

Прибывшие в Москву на заработки, которые,

Благодаря своей внешности, похожей на самураев,

Устроились в сетевое кафе «Якитория».



Они варили побеги молодого бамбука,

Резали рыбу фугу и скатов

Пока не настал этот кризис, сука,

И в трудовом коллективе не началось сокращение штатов.



Выгнали их из «Якитории» на мороз.

Стоят они, холодают и голодают.

Вдруг навстречу со скрипкой идет виртуоз,

И решили ограбить его гости с Алтая.



Нету у них профсоюза,

Некому за них заступиться.

Так по скользкой дорожке якудза

Пошли самураи из дальней провинции.



Набросились сразу двое,

Вывернули карманы,

Ожившие киногерои

Из фильмов Такеши Китано.



Но напрасно они по карманам шарили,

Не нашлось у артиста ни одной ассигнации,

Тогда они взяли его Страдивари

С целью последующей реализации.



Закопали ее в глубине двора,

Чтобы потом продать за многие тыщи,

Но, слава Богу, не фраера

Наши московские сыщики.



Они дорожат офицерской честью,

Они не зря носят высокие звания.

И вот в программе «Чрезвычайное происшествие»

Задержанные дают признательные показания.



Остается надеяться им только на УДО,

Если, конечно, в заключении будут вести себя достойно.

В общем, не задался ихний Буси-до,

Что в переводе с японского означает Путь воина.



Катится по Москве вал преступлений корыстных,

Грабят квартиры, на улице режут.

Одни винят во всем этом фашистов

Другие винят во всем этом приезжих…



Ну, а вас же, граждане, предупреждали, что в результате кризиса

Появилось много бандитов с большой дороги

И если вдруг видите, к вам кто-то приблизился —

Скрипку под мышку и ноги, блядь, ноги.