Известный экономист на сайте
ИД «Собеседник» рассуждает о проблемах сложившейся в России практики сельхоздотаций.
— На днях премьер оказался в Оренбуржье и увидел гибнущий из-за засухи ячмень. Счастливым образом во время его визита начался долгожданный дождь, но урожай это уже не могло спасти. Примерно такой же терапевтический эффект, думаю, принесут для сельского хозяйства и обещанные Путиным 100 млрд рублей бюджетных кредитов на ликвидацию последствий засухи.
Статистика показывает: чем меньше государство помогает аграриям, тем успешнее они работают. Хотя сельское хозяйство у нас традиционно ходит в бедных родственниках и его представители все время бегают жаловаться к вице-премьеру Виктору Зубкову, а тот исправно доносит эти жалобы Путину. На мой взгляд, никаких специальных акций помощи аграриям не требуется, если у государства есть возможность проводить интервенции и давать деньги на семена.
Во-первых, у нас всегда так: то большой урожай, то недостаточный… Есть запас в 9 млн тонн, можно докупить недостающее с помощью интервенций. Если уж помогать, то давать деньги на семена. Семеноводство крайне запущено, у нас большие потери не столько в количестве, сколько в качестве зерна. А вот эту проблему никто решать, насколько я знаю, пока не собирается. Дело в том, что твердые сорта пшеницы у нас растут только на Алтае. В основном же Россия производит мягкое зерно, которое идет на фураж.
Аграрники часто сами себе устраивают ловушку. Взять хотя бы производителей молока. Они недавно пробили закон, ограничивающий использование сухого молока (они думали, что спрос на цельное молоко сильно повысится). У нас климат такой, что коровы плохо доятся зимой. Поэтому, чтобы поставки молока были равномерными, переработчики высушивали молоко на зимний период. Сейчас это должно называться «молочным продуктом», считается, что продукт более низкого качества и его никто не покупает. Поэтому переработчики запасов не делают. В итоге аграрники страдают от своей же инициативы.
Истерика по поводу последствий засухи, на мой взгляд, надуманная. Те хозяйства, которые застраховали себя, переживут эту беду без потерь. Остальные пожадничали. Но существует еще сезонная помощь аграрникам (она даже больше обещанных премьером 100 млрд). Есть еще льготная цена на горючее. Но вот Зубков утверждает: прогнозы были сделаны неправильно — из льготных ГСМ едва выбрали половину. А мне кажется, все наоборот — выбрали столько, сколько было нужно: урожай-то меньше в этом году.
Зубков доказывает свою необходимость умением выбивать деньги на популистские проекты. Это очень важное умение — найти деньги, раздать, потушить пожар… И не решить проблемы.
— На днях премьер оказался в Оренбуржье и увидел гибнущий из-за засухи ячмень. Счастливым образом во время его визита начался долгожданный дождь, но урожай это уже не могло спасти. Примерно такой же терапевтический эффект, думаю, принесут для сельского хозяйства и обещанные Путиным 100 млрд рублей бюджетных кредитов на ликвидацию последствий засухи.
Статистика показывает: чем меньше государство помогает аграриям, тем успешнее они работают. Хотя сельское хозяйство у нас традиционно ходит в бедных родственниках и его представители все время бегают жаловаться к вице-премьеру Виктору Зубкову, а тот исправно доносит эти жалобы Путину. На мой взгляд, никаких специальных акций помощи аграриям не требуется, если у государства есть возможность проводить интервенции и давать деньги на семена.
Во-первых, у нас всегда так: то большой урожай, то недостаточный… Есть запас в 9 млн тонн, можно докупить недостающее с помощью интервенций. Если уж помогать, то давать деньги на семена. Семеноводство крайне запущено, у нас большие потери не столько в количестве, сколько в качестве зерна. А вот эту проблему никто решать, насколько я знаю, пока не собирается. Дело в том, что твердые сорта пшеницы у нас растут только на Алтае. В основном же Россия производит мягкое зерно, которое идет на фураж.
Аграрники часто сами себе устраивают ловушку. Взять хотя бы производителей молока. Они недавно пробили закон, ограничивающий использование сухого молока (они думали, что спрос на цельное молоко сильно повысится). У нас климат такой, что коровы плохо доятся зимой. Поэтому, чтобы поставки молока были равномерными, переработчики высушивали молоко на зимний период. Сейчас это должно называться «молочным продуктом», считается, что продукт более низкого качества и его никто не покупает. Поэтому переработчики запасов не делают. В итоге аграрники страдают от своей же инициативы.
Истерика по поводу последствий засухи, на мой взгляд, надуманная. Те хозяйства, которые застраховали себя, переживут эту беду без потерь. Остальные пожадничали. Но существует еще сезонная помощь аграрникам (она даже больше обещанных премьером 100 млрд). Есть еще льготная цена на горючее. Но вот Зубков утверждает: прогнозы были сделаны неправильно — из льготных ГСМ едва выбрали половину. А мне кажется, все наоборот — выбрали столько, сколько было нужно: урожай-то меньше в этом году.
Зубков доказывает свою необходимость умением выбивать деньги на популистские проекты. Это очень важное умение — найти деньги, раздать, потушить пожар… И не решить проблемы.
12.08.2009 13:13