Жизнь алтайской глубинки: власти фальсифицируют количество безработных, а производство молока умирает.

О ряде болезненных для алтайской глубинки проблемах рассказала 20 августа газета «Алтайская правда» на примере села Верх-Ануйское Быстроистокского района.

Глава администрации сельсовета Татьяна Воропаева основной проблемой Верх-Ануйского считает безработицу. Из 1200 взрослых жителей только 400 официально трудятся. Тем не менее в районном центре занятости зарегистрировано всего 35 человек. Остальные решили на учет не вставать, так как на отметку в район надо дважды в месяц ездить за 35 километров. Рейсового автобуса нет, приходится частника нанимать. Поездка обходится дорого, больше потратишь, чем того пособия получишь (по последним опубликованным данным, минимальное пособие менее 2 тыс. рублей получают порядка 80% безработных Алтая).

Власти активно сдержавают процесс регистрирования безработных. До прошлого года в село приезжал работник центра занятости, но потом сверху пришел запрет. Видимо, чтобы не портить статистику, делает вывод официальное издание.

В поисках работы молодежь уезжает в город, село стареет. Налоги в местный бюджет брать особо не с кого — пенсионеры пользуются льготами.

— Из 36 запланированных на год тысяч реально соберем тысяч 25, — прогнозирует предсельсовета. — Зато есть и плюсы от стариков: 80 женщин оформили пособия по уходу за пенсионерами старше 80 лет. Получают по 1380 рублей. Какая-никакая копейка для семьи.

Экономика в Верх-Ануйском базируется в основном на личных подсобных хозяйствах. Раньше в селе были крепкий колхоз и маслосырзавод. Завод купил новосибирский предприниматель Александр Клоков. Когда цены на молочную продукцию упали и стало невыгодно ее здесь перерабатывать, молоко повезли на Искитимский молзавод. А потом и возить стало нечего, так как Верх-Ануйский и соседний с ним Покровский колхозы захирели.

Последнее время из-за низких цен на молоко в селе стали избавляться от коров, и предприниматель Александр Бортников, занимающийся закупом молока, собирается завязывать со своим бизнесом. Молоко сдают только те, кому наличность позарез нужна: за электричество рассчитаться или банковский кредит заплатить.

Раньше на местном молзаводе ежедневно перерабатывали по 80 тонн сырья. А сейчас Бортников набирает с подворий только тонну и везет в Алтайское. Есть завод поближе — в Петропавловском районе, но там сборное молоко не принимают. Вот и приходится гонять ежедневно «Газель» за 125 километров. Работа сборщика тяжелая.

— В 5 утра машину заводишь и до 6 вечера не глушишь. И каждый день, без выходных, невзирая на жару и мороз. Поэтому приходится одну машину держать постоянно в резерве, на случай поломки, — рассказывает предприниматель. — А заработать удается совсем немного. Если вычесть затраты на ГСМ, то остается рублей 200 в день. А надо же еще запчасти купить.

Александр Бортников вспоминает 2007 год, когда литр молока у переработчиков доходил до 11 рублей. Люди кинулись разводить коров, а цены на буренок поднялись до 30 тыс.

— Сейчас же молоко дешевле минеральной воды стоит, а тюк сена в три центнера поднялся до 850 рублей, — сетует крестьянин Юрий Коробов. Он считает, что следует менять сельхозполитику:

— Если моя жена творог у соседей купит, я ей скандал устрою, потому что мы сами корову держим. Куда его девать? А зачем же мы сыр в Белоруссии или Голландии закупаем, когда свой отличного качества есть? Говорят, что там дешевле. Но в Сибири молоко по объективным причинам не может быть дешевле, чем в Голландии. Голландская корова помрет у нас от холода и голода.

То же и с мясом происходит. Как только люди начали сдавать скот, чтобы собрать детей в школу, закупочные цены у приемщиков снизились. Настала уборочная страда — цены на солярку взмыли кверху.

— Могут ли крестьяне во-зить свою продукцию в город самостоятельно, без посредников реализовывать на сельхозрынках? - задается вопросом газета.

— Это невозможно, — считает сельский заготовитель. — Бессмысленно везти 2−3 свиные туши. Больше заплатишь за ветеринарные свидетельства и бензин, а если тонну везти, тебя на рынок не пустят перекупщики. Да и продать такое количество мяса быстро надо умудриться. В любом случае без посредника не обойтись. Вот если бы возродить заготконторы. Цены у них были стабильные. Все равно правительство объявляет продовольственный госзаказ, пусть бы его формировали через заготконторы.