Филолог-алтаец Нина Кандикова о православных крестах в Республике Алтай: «Меня раздражают установленные в священных местах символы распятия Христа!»

Доктор филологических наук, сотрудник кафедры алтайского языка и литературы Горно-Алтайского госуниверситета Нина Киндикова объяснила — почему группа интеллигентов из числа этнических алтайцев обратилась к секретарю регионального отделения партии «Единая Россия», алтайцу Ивану Белекову с просьбой законодательно приостановить установку православных столбов-крестов в Горном Алтае, сообщает сайт «ФедералПресс».

Напомним, в результате данного обращения Иван Белеков встретился с благочинным округа Республики Алтай Георгием Балакиным (Барнаульская и Алтайская епархия РПЦ МП) в ходе которой обсуждалась внезапно обострившаяся в республике тема. Это уже не первая инициатива алтайских националистов, находящая поддержку у г-на Белекова — так, недавно он поддержал вызвавшее волну негативных реакций предложение по запрету изображения на водочной этикетке национальной одежды алтайцев.

Так, Нина Кандикова убеждена, что неконтролируемая установка символов христианской веры в священных для коренного населения местах является неуважением к традиционным верованиям алтайцев. «Меня как коренного жителя республики раздражают установленные на священных для нас местах символы распятия Христа, — заявила она. — Ничего не имея против христианства, как я могу учить детей уважительно относиться к священным местам, когда повсюду на них ставят кресты?»

Кроме того, доктор филологических наук отметила, что она не призывает к разрушению уже установленных крестов, но считает, что Русская православная церковь должна прекратить дальнейшее их распространение в священных горах Алтая, а также у целебных родников, которым издавна поклоняются местные жители. «Душа болит, когда я вижу кресты на берегах Катуни или на слиянии рек Майма и Улала, — заявила Нина Киндикова. — Не могу относиться равнодушно к крестам, которые расположены не только на островке у села Ая, но и на месте археологических раскопок в высокогорном плоскогорье Укок» (последний крест в действительности установлен на перевале горной цепи, через которое лежит путь на это горное плато).

По словам г-жи Кандиковой, в мировоззрении алтайцев, как и других тюркских народов, прослеживается культ единения с природой. Каждый ее объект, представляя для коренного населения свою ценность, также имеет своего хозяина-духа, которого необходимо уважать и почитать. «Когда алтайцы приходят на священное место, они общаются с хозяевами природы, в знак чего привязывают белые, зеленые и синие ленточки. Когда я посещаю целебный источник, то по древней традиции разжигаю огонь и, окуривая место горным можжевельником, прошу благосклонности у духов», — пояснила филолог.

В действительности, шаманистские верования алтайцев последний век находятся в состоянии религиозного реформирования — на их основе среди алтайских аборигенов сейчас действует несколько различных культов, зачастую находящихся в весьма напряженных отношениях друг с другом. О каком из проторелигиозных течений вела речь г-жа Кадидикова, не уточняется.

По данным сайта «ФедералПресс», инициативы Нины Киндиковой несколько обескуражили о. Георгия, который в качестве благочинного православного округа впервые столкнулся в республике с проблемой отторжения традиционного символа христианской веры. «Православная церковь отличается очень четкой организационной вертикалью, которая по необходимости всегда позволяет найти виновных, — заявил священник. — В данном случае виновным становлюсь я. Но почему-то доктор филологических наук Нина Киндикова со своими недовольствами еще ни разу не обращалась ко мне?»

По словам Георгия Балакина, в республике православная церковь прекрасно уживалась с местными представителями религиозных верований. «Установка православных крестов всегда бывает привязана не только к тому или иному событию, но и обязательно согласован, а с местными властями, — сообщил о. Георгий. — Когда ко мне обращаются с просьбами поставить крест, я всегда поддерживаю такие инициативы, но подчеркиваю, что они должны обсуждаться с коренным населением».

«Православные кресты никогда не устанавливаются просто так, — заявил Георгий Балакин. — Кресты ставятся либо в честь исторического события, либо на могиле православного христианина». Например, в Онгудайском районе установлен крест на месте смерти репрессированного иеромонаха Киприана Нелидова, который, скончавшись в 1934 году в лагерном лазарете, был погребен в ущелье Коркучи, где ранее был расположен лагерь для заключенных. Позднее иеромонах Киприан был причислен православной церковью к лику святых".

По словам благочинного, другие кресты установлены в Манжероке и в Усть-Семе, где запланировано строительство православных храмов. Существует еще один крест, который установлен на границе республики у контрольного пункта милиции в честь крестного хода, организованного фондом апостола Андрея Первозванного и администрацией президента в 1999 году.

По итогам встречи, вызвавшей неоднозначную реакцию в прессе и, по неофициальным данным, у губернатора территории, лидер местных единороссов попытался смягчить часть своих первоначальных высказываний. Комментируя последствия скандальной инициативы и свое участие в ней, Иван Белеков подчеркнул, что Алтай всегда являлся перекрестком культур, мирное сосуществование которых возможно только при уважении и взаимном принятии национальных особенностей друг друга. «В беседе с отцом Георгием мы нашли общее понимание проблемы, — заявил г-н Белеков. — Православные кресты в нашей республике неразрывно связаны с событиями, которые нельзя просто так вычеркнуть из ее истории.»