Алтайский крестьянин написал письмо о встречах в горах с реликтовым гоминидом.

23 сентября газета «Алтайская правда» публикует письмо алтайского крестьянина о встречах в горах с реликтовым гоминидом. Имя автора письма и место его проживания не упоминаются. Упомянутая автором гора Ревнюха известна на Алтае как одна из вершин Колыванского хребта (именно здесь был добыт монолит для знаменитой «Царицы ваз»).

«Хотел бы рассказать о небольшой истории, которая случилась со мной несколько лет назад. В середине весны я по некоторым накопившимся делам выехал верхом на лошади в верховья реки Черепанихи, что на отрогах горы Ревнюха, — километров примерно 12−15 на юго-восток от знаменитого Голубого озера. Со мной были две прекрасные зверовые лайки, собаки отважные до безрассудства. На водоразделе с рекой Грязнухой лошадь неожиданно захрипела и встала колом, я подумал, что почуяла медведя. Покричал и похлопал в ладоши, затем привязал лошадь и, свистнув собак, пошёл дальше пешком. Собаки бодро кинулись вперёд, но вдруг вернулись, стали жаться ко мне и жалобно скулить, поджав хвосты. А потом и вовсе куда-то исчезли. Пройдя ещё метров сто, я увидел большой след, не похожий ни на что виденное мной раньше. Вроде как человеческий, только четырехпалый и полуметровый. И хотя я человек не робкого десятка, но мне стало не по себе, а если честно, то просто жутко. Какой-то первобытный ужас сковал меня. С трудом пересилив страх, я достал фотоаппарат и сделал несколько снимков следа на снегу. Пошёл дальше, но, почувствовав на себе чей-то тяжёлый взгляд, остановился. И тут услышал рычание, в котором звучала угроза. Я развернулся и медленно попятился назад, потом побежал вниз по склону так, что пролетел мимо лошади. Когда вернулся, лошадь была сильно напугана, шарахалась в стороны и хрипела. Я с трудом отвязал её — сильно тряслись руки — и вернулся на ней в деревню. Потом несколько недель не мог прийти в себя.

Когда живёшь как часть природы, отношение к окружающему миру несколько другое, чем у городского человека, становишься даже суеверным, поэтому я никогда никому не рассказывал про этот случай. Но как-то фотографии увидел один мой знакомый, ныне ушедший из жизни Алексей Чернов — замечательный таежник и просто хороший человек. Он спросил: „Откуда это?“ Я в двух словах рассказал. И тогда он поведал мне, что в середине девяностых ему довелось охотиться на горе Ревнюха. Погода неожиданно испортилась, начался ливень, засверкали молнии. И он начал искать укрытие. Заметив расщелину в скалах, бросился туда. Увидел, что это пещера, снял рюкзак и мокрую плащ-палатку, но тут почувствовал тяжелый и сильный запах и понял: в темноте кто-то есть. Может, какой-то хищник или бродяга. На всякий случай приготовил ружье. И тут из темноты на него прыгнуло какое-то существо, похожее на человека, только заросшее густой шерстью. И прыгнуло оно не как нападающий хищник или человек, а сначала оттолкнувшись от стены пещеры. Сильнейшим ударом сбило Алексея с ног. Когда он пришел в себя, в пещере никого не было, ливень закончился, разбитое вдребезги ружьё валялось метрах в тридцати. У самого Алексея были сломаны ребра, он с трудом добрался до дома.

Алексей Чернов рассказал, что существо было необычайно сильное, ловкое, большого роста, с бочкообразной грудной клеткой, как у медведя или собаки, но похожее на человека. Вернувшись в тот раз из тайги, он сильно запил. Я попросил его показать, что осталось от ружья. Он достал его с чердака. Приклад — в щепки, стволы согнуты и разошлись, не думаю, что человек такое мог с ним сделать. Полагаю, что с этим существом встречались и другие, видели его следы, но помалкивали. Мы в отдалении от культурных центров живем небогато, поэтому, бывает, не совсем законно промышляем в тайге. Зачем вызывать повышенный интерес к деревне?»