Политическое влияние глав Барнаула и Бийска вновь оценено на «тройку»: они названы зависимыми от краевых властей.

Фонд «Петербургская политика» и Коммуникационный холдинг «Минченко Консалтинг» опубликовали Второй индекс политического влияния глав 200 крупнейших городов России. В новый рейтинг помимо Барнаула и Бийска также вошёл Рубцовск. Политическое влияние оценивалось экспетами по 5-балльной шкале, где «1» — минимальное влияние, «5» — максимальное.

Барнаул

Глава города — председатель гордумы Людмила Зубович. Вступила в должность в ноябре 2010 года. Срок окончания полномочий — 2013 год. Сильные стороны: недавнее утверждение, поддержка губернатора. Слабые стороны: зависимость от краевых властей Оценка: 3.

Глава администрации Игорь Савинцев. Вступил в должность в декабре 2010 года. Сильные стороны: вступление в «Единую Россию», поддержка губернатора. Слабые стороны: Зависимость от краевых властей Оценка: 3.

Бийск

Глава города — председатель гордумы Лидия Громогласова. Вступила в должность в июле 2011 года. Сильные стороны: поддержка со стороны краевой администрации, добившейся отставки прежнего главы Анатолия Мосиевского, управленческий опыт. Слабые стороны: зависимость от губернатора. Оценка: 3.

И.о. главы администрации Николай Нонко. Вступил в должность в июле 2011 года. Слабые стороны: компромиссная фигура в условиях внутриэлитной борьбы. Оценка: 3.

Рубцовск (вводится схема сити-менеджера)

Врио главы Сергей Черноиванов. Слабые стороны: неустойчивость позиций. Сильные стороны: зависимость от губернатора Неопределенная политическая ситуация в связи с отставкой главы Петра Гамалеева и попытками депутатов блокировать введение института сити-менеджера. Оценка: 2.

Напомним, согласно Первому индексу, опубликованному 21 декабря 2010 года, политическое влияние Людмилы Зубович и Игоря Савинцева было оценено на «тройку», а экс-мэра Бийска Анатолия Мосиевского — на «двойку».

Ключевые критерии оценки политического влияния глав городов:

— Личная популярность и способность к политическому менеджменту,

— Способность сбалансировать элитные конфликты,

— Срок полномочий (приближение окончания является одной из причин снижения оценки),

Продолжительность пребывания в должности (с учётом установки федеральных властей на кадровую ротацию),

— Контроль над принятием решений (эксперты рейтинга стремились давать разные оценки главе города и сити-менеджеру, чтобы определить, кто из них воспринимается в городе как «главная» фигура),

— Отношения с губернаторами. Зависимость мэров от глав регионов продолжает возрастать. Тем не менее, как показывает опыт руководителей Омска и Владивостока, конфликт с региональной администрацией не обязательно влечёт за собой немедленную отставку,

— Результаты на праймериз. В целом хорошие результаты являются позитивным знаком. Однако в отдельных случаях выборы в Госдуму могут служить инструментом для замены главы через перевод его в федеральный парламент (Красноярск, Ярославль),

— Федеральное поощрение (присутствие в кадровом резерве, участие в крупных мероприятиях федерального уровня),

— Серьёзность претензий со стороны правоохранительных органов,

— Отсутствие отрицательных новостей из города.

Основные тенденции, связанные с деятельностью глав городов:

Анализ деятельности руководителей крупнейших городов позволяет говорить о признаках содержательного кризиса, с которым столкнулась заявленная российским руководством весной 2011 года задача децентрализации. Хотя этот проект не встретил серьезной публичной критики в элитной, экспертной и медийных средах, большинство губернаторов и глав городов не являются заинтересованными участниками этой политики ни с точки зрения разработки содержания, ни в части стремления стать проводниками децентрализации на отдельных территориях.

Бюджетная и политическая зависимость от федеральной власти, акцентированный отказ от формулирования собственной политической позиции, стремление выдерживать баланс между имеющимися ресурсами и балансом ответственности, отсутствие достаточного общественного запроса побудили губернаторов и глав городов пассивно отнестись к указанной инициативе. По сути принято решение выжидать, определяя, готов ли федеральный Центр четко и недвусмысленно показать восприятие задач децентрализации в качестве приоритетных. Это создает стереотип обезынициативности нынешней генерации российской региональной элиты и её немотивированности к получению дополнительных полномочий. Серьезного же роста значимости муниципальной политики в глазах федерального Центра за последний год так и не наблюдается. Если во время глобального кризиса внимание Москвы время от времени концентрировалось на отдельных муниципальных образованиях (прежде всего — на моногородах), то сейчас ключевой единицей экономическо го развития по-прежнему воспринимается субъект Федерации.

Все это, впрочем, не означает, что политический процесс внутри крупнейших муниципальных образований развивался по заданной из центра схеме. Наоборот, возникает множество коллизий и конфликтных ситуаций, создававших во многих городов уникальную среду, собственное соотношение сил между элитными группами, партийными структурами, властными институтами. А отказ от публичного педалирования темы децентрализации сопровождался стремлением усилить собственное влияние на принятие касающихся территорий решений. Это ярко проявилось в ходе внутрипартийных праймериз «Единой России», которые во многих российских регионах стали поводом к резкой активизации местных элит. Их усилия по воздействию на списки «выборщиков» и формированию ситуативных коалиций привели к конкуренции «федеральных» и «региональных» кандидатов (чаще заканчивавшейся победой последних), а нередко и противопоставлением «муниципальных» претендентов «губернаторским спискам».

Ценность праймериз «Единой России» как одной из немногочисленных относительно публичных площадок возрастает в условиях дальнейшего снижения прозрачности политики замены глав муниципальных образованиях. В целом ряде городов (Волгоград, Калуга, Костром а, Петропавловск-Камчатский, Улан-Удэ, Братск, Бийск, Королев) за время с момента выхода предыдущего Индекса произошла отмена прямых выборов глав городов.

Тем не менее, говорить о полном принятии этой схемы всеми территориями отнюдь не приходится. Из 200 городов, анализируемых в рамках Индекса, в 107 (включая миллионники Новосибирск, Самару, Омск, Ростов-на-Дону) удалось сохранить схему прямых выборов. Попытки отмены выборов встречают все большее сопротивление местных элит. Серьёзным моральным симулом для сторонников сохранения прямых выборов стала критика в адрес практики насаждения института сити-менеджеров со стороны министра регионального разви тия Виктора Басаргина, а также отдельных губернаторов. Как проблема все чаще осознается появление феномена «серых кардиналов» (нередко в должности вице-мэров), взявших на себя принятие ключевых решений в условиях неурегулированности отношений между главами и сити-менеджерами (яркий пример — Екатеринбург).

Главы муниципальных образований остаются в двойственном положении. Индекс их политического влияния редко поднимается выше «четверки» по 5-балльной шкале, поскольку принятие многих решений берут на себя губернаторы. Все реже мэры попадают в списке кандидатов на пост глав региона. Конфликты мэров и губернаторов порой завершаются «нулевым вариантом» — отставкой обоих фигурантов (как это было в Петропавловске-Камчатском). Однако в отдельных случаях главы областных центров эффективно противостоят пресс ингу региональных властей, демонстрируя чудеса политической выживаемости (Омск, Владивосток). Подчеркнуто силовые и жёстко административные способы замены мэров постепенно уходят в прошлое. В 2011 году смена власти по «жёсткому» сценарию имела место в Волгограде, Королеве, Бийске, Братске, Петропавловске-Камчатском. Однако в большинстве случаев скандальность обстоятельств замены мэров заметно уступала прошлогодним сменам «на грани фола» мэров Благовещенска и Барнаула. Что же касается правоохранительных органов, они охотнее переключаются с глав муниципальных образований на вице-мэров (Екатеринбург) и губернаторов (дело главы Тульской области Вячеслава Дудки, расследование которого было продолжено даже после его вынужденной отставки).

Приближение федеральных выборов способствует усилению встраивания глав муниципальных образований в «Единую Россию». Членство в оппозиционной партии, а подчас и беспартийность значительно снижают статус и влияние руководителя города. Оборотной стороной этого процесса порой становится фактическая перестройка работы местных парторганизаций «ЕР» на обслуживание интересов действующего мэра.