Политический аналитик допускает возможность административных злоупотреблений при осуществлении предпринимательской деятельности супругами губернаторов Москвы и Алтайского края.

Об этом Руководитель центра анализа международной политики Института глобализации и социальных движений Михаил Нейжмаков пишет 21 июня в своем блоге на сайте Slon.ru.

По мнению политического аналитика, декларирование доходов чиновниками не решает проблему коррупции. При этом главную угрозу для высших руководителей государства представляет низовая коррупция.

Декларирование доходов и имущества высшими чиновниками и членами их семей в свое время рассматривалось в качестве инструмента для борьбы с коррупцией. Однако ситуация, по оценке г-на Нейжмакова, оказалась несколько сложнее.

«Среди публичных чиновников, чьи декларации оказались опубликованы в этом году, конечно же особенно бросаются в глаза те случаи, когда доход одного из членов семьи высокопоставленного чиновника (чаще всего супруги) многократно превышает доход самого данного госслужащего," - пишет автор. Из 83 российских губернаторов лишь в четырех случаях доход члена семьи более чем в 4 раза выше дохода высокопоставленного чиновника.

Самой известной из фигурантов этого списка оказалась Елена Батурина, чей доход превысил доходы ее супруга, московского губернатора Юрия Лужкова, в 3876 раз. Список продолжили Лариса Белоброва, супруга приморского губернатора Сергея Дарькина, чей доход превысил доходы мужа в 224 раза, а также Галина Карлина, жена главы Алтайского края Александра Карлина, доход которой превысил доходы супруга приблизительно в 8 раз.

«В таких случаях обычно дается одно из двух объяснений, — отмечает. эксперт. — Первый вариант — это переход супруга на госслужбу из бизнеса и передача кому-то из членов семьи права управления семейными активами. К таким случаям, например, относится случай Ларисы Белобровой».

«Второй вариант — собственный личный бизнес члена семьи чиновника, никогда ранее не входившего в круг крупных предпринимателей. В этом также может не быть ничего предосудительного, — переходит автор к женам Лужкова и Карлина. - Однако два варианта подобной ситуации традиционно связываются с возможностью административных злоупотреблений (и в российской, и в мировой практике). Во-первых, ведение бизнеса членом семьи в сферах, так или иначе связанных с административной компетенцией его высокопоставленного родственника. Второй — ведение бизнеса в сферах, которые могут являться удобным прикрытием для собственно коррупционных схем (практика показывает, что часто таковыми могут становиться бизнес-структуры, занимающиеся, например, консалтингом). Это, естественно, не означает, что всем лицам, чьи родственники ведут бизнес в данных отраслях, можно бросить подобное обвинение».

«Однако даже если мы посмотрим список всех высокопоставленных российских чиновников и членов их семей, задекларировавших свои доходы, случаи, которые хотя бы отдаленно подпадают под данные определения, можно будет пересчитать по пальцам," - отмечает Михаил Нейжмаков.

Стоит отметить, что в отношении супруги алтайского губернатора Минюстом России в настоящее время проводится проверка по обстоятельствам получения ею статуса московского нотариуса, которого она лишилась в 2008 г. в результате скандала «жен-нотариуов».